— Пипец, котенку, — констатировал Борис.
Поднес к глазам бинокль. На удивление спаслось много народу. Вот и хорошо. Значит опыт сумеют хорошо почистить. И то, что «Шалун» ушел под воду быстро тоже радует. Значит некогда было думать о судовой кассе.
Впрочем, ерунда это все. Он перевел взгляд на пароход, с которым начала сближаться «Газель». Спасшихся они еще подберут. А вот пароходу улизнуть позволить нельзя. Это их законный трофей.
Водоизмещение тысячи три. Даже с учетом возможности выкупа капитаном за четверть его стоимости там выйдет не меньше четырехсот тысяч рублей. А ведь в его трюмах еще и груз имеется. Ну и опыт за захват, обломится приличный. Порядка шестидесяти тысяч. Это не жалкие три тысячи за парусник.
Кстати, за пароход можно и вдвойне огрести опыт, если выкачать весь тот, что уже распределился между членами команды за первый его захват. Хотя весь конечно не получится. Кто-то может и безвременно погибнуть.
А вот офицеров, если погибли обождать можно. Пусть возрождаются и всплывают. Они и баронессе не помешают. Выкупаться-то из плена они будут у нее. Она конечно к Борису со всем уважением и помнит чем ему обязана. Но деньги считать умеет. Да оно и правильно, в обще-то.
Глава 19
Возвращение
— Поздравляю вас, молодой человек. Ваши успехи не могут не радовать. Однако, я вижу, что вы перестали вкладываться в Разумность, и решили сосредоточить свои усилия на Авторитете, — произнес Проскурин, закрывая и откладывая книгу в сторону.
Борис все же осуществил свою задумку относительно каски с подшлемником. Как обычно, Система не оценила это новаторство. Впрочем, Борис не особ-то и расстроился. Он ведь не ради очка надбавок это сделал, а чтобы сберечь от травм несовместимых с жизнью, как себя, так и окружающих. Тем более, что был уверен в отсутствии результата. Максимум усовершенствование. Уж что-что, а шлемы тут известны издревле.
Сегодня утром, во время очередной учебной тревогу один из матросов споткнулся и влетел головой в лафет. Удар вышел знатным, и без серьезной травмы не обошлось бы. Тот же лишь почесал травмированное место. Причем это была не голова, а плечо. И тут, к удивлению Измайлова, Система выдала ему очередное очко надбавок, сдобренное пятью тысячами опыта.
В этот раз он решил изменить своему обыкновению и не стал вкладываться в Разумность. Она и без того была на должном уровне, позволяющем получать даже академическое образование.
— Просто подумал, что коль скоро мозги теперь работают хорошо, а в качестве приоритетной цели намечен капитанский мостик, то повышение авторитета мне не повредит.
— Хм. Вполне разумное решение, если вы не собираетесь продолжать научную деятельность. Хотя, признаться, она вам подошла бы просто идеально. У вас весьма своеобразный склад ума. Вы зачастую замечаете то, что вроде бы и на поверхности, но вместе с тем, другие проходят мимо. Остается только нарастить знания в различных областях и результат не заставит себя ждать.
— Вот тут вы правильно заметили, Павел Александрович, нужно нарастить знания. А у меня с этим пока не очень.
— Во-первых, вы еще слишком молоды. Вам только месяц назад исполнилось шестнадцать. Во-вторых, то как вы прогрессируете… Такое впечатление, что многие знания в вас сидели уже давно, но не могли найти своего воплощения ввиду слабой Разумности. Но и даже то, что по моим ощущениям, для вас ново, вы познаете с поразительной легкостью. Я конечно понимаю, что свою роль тут играют надбавки исходящие от меня, а так же весьма подросшая Разумность. Но все равно, результат поражает. За неполные два года вы сумели усвоить практически половину учебной программы университета. А если пойти по сокращенному курсу новомодных институтов, то вы сможете получить высшее образование уже в течении пары месяцев. не надо на меня так смотреть, я в этом совершенно уверен. И вообще, у вас превосходные данные, да продолжения научной деятельности.
Ну, с этим Борис поспорил бы. Во всех этих «изобретениях» его заслуг нет. Он попросту использует то, к чему вот такие ученые и энтузиасты шли тернистым путем проб и ошибок. Да, он не знает как именно нужно это воплотить в жизнь. Но ему известен конечный результат. А это уже многое значит.
Что же до укоренного усвоения программы, то и тут ничего выдающегося. Ну учился же он чему-то в своем мире. Просто эти знания сдерживались плотиной Разумности. Помнится, в школе по прочтении условия задачи или при первом взгляде на арифметический пример он хмыкал и с уверенностью подступался к их решению. Казалось бы, при взгляде со стороны, все просто и понятно. Но как только начинались детали, он начинал плыть и ничего не мог с собой поделать. Выучить стихотворение, было большой проблемой.