— Мы заслужили наказание, — обречённо сказали воительницы.
Жора поманил их за собой и приказал самим искать девочку, однако, дойдя до самого отдаленного коридора и крича во всё горло, женщины не смогли отыскать ребёнка.
Пока Минчжу бродила по тоннелям, Жора встал за ближайший угол и ждал развития событий. Спустя некоторое время в штольню вошёл воин пятого ранга и, послушав женские крики, доносящиеся из глубины шахт, тихо проскользнул наружу. Вскоре прозвучал приказ главы, чтобы все отходили. Жора ощутил всплеск энергии Ки и с верхушки горы сорвался огромный валун, стянувший за собой тонны камней. Жуткий грохот пронесся эхом по тоннелям и свет, проникающий со стороны входа, быстро угас. В наступившей тьме разгоняемой пламенем факелов никто из женщин, блуждающих по коридорам, не проронил ни звука, потому что они ожидали подобного развития событий.
Жора тоже предполагал такой исход, и пока все занимались поиском девочки на территории поместья, заранее записал в накопителе сложное заклинание магической мины и, после того, как Цара-Юнн запретил средней дочке идти на поиск, подложил заряженный алмаз за пояс главы клана.
Стоило валунам закупорить выход из шахты, как Жора вернулся к входу и дистанционно активировал чары. Затем подозвал Минчжу, которая выбежала в главный тоннель, и попросил послушать, узнает ли чей-нибудь крик?
— Там кто-то орёт, будто его горячим маслом облили, — ответила Минчжу.
— Как думаешь, это плохо, что ты стала сиротой?
— Это отец кричал?
— Если не случилось чудо, думаю, да, — подтвердил Жора и начал устанавливать очередную мину с эффектом вакуумного взрыва. Раньше он слышал о подобных заклинаниях, а однажды в магическом мире Аэрилис сумел его воспроизвести, когда опрокинул корабль на бок. Теперь знания пригодились, и он, заведя спутниц за угол, произвёл подрыв. Тучи щебня и пыли рвались вглубь коридора, но Жора накрыл всех защитным куполом, поэтому никто не пострадал. Затем осмотрев небольшое отверстие, он повторил заклинание вакуумного взрыва, тем самым расширив проход. — Дочку нашла?
— Её здесь нет, — мрачно ответила Минчжу. — Отец всё подстроил. Но как он понял, что ты пойдёшь вместе с нами?
— Несмотря на то, что твой отец оказался мерзавцем, он оставался умным человеком, — сказал Жора. — Он слышал о том, что я не бросаю тех, кого считаю близкими, поэтому подстроил ловушку. Ты же понимала, что идёшь на смерть? Так зачем полезла?
— Надеялась, что моя жертва спасет дочерей от такого чудовища, — сказала Минчжу. — Отец бы воспитал их достойными представителями клана.
— Не понял, под чудовищем ты подразумевала меня?
— Да, — честно ответила Минчжу.
— Вот это да! — Жора присвистнул от неожиданности. — Я её спасаю, а она меня монстром называет! И где справедливость? Сю, Ля, вы с ней согласны?
— Никак нет, Повелитель огня, не гневайтесь на неё, она слегка расстроена потерей отца, — вступилась за дочку главы Сю. — Госпожа Минчжу всегда непочтительно относилась к старшим, за что её часто порицали.
— Мы благодарны вам за избавление от мучительной смерти от удушья или голода, — добавила Ля. — Если бы не вы, моя дочка никогда бы не увидела маму.
— Вот это я понимаю. Благодарность от души. Ладно, пошли, решим, что делать с твоими сёстрами, — приказал Жора. — Постарайся им объяснить, что если я не получу твою дочку, как там её звали?
— Фэндуй.
— Вот именно, «изобилие и радость», я посчитаю, что новый глава клана не чтит прежних договоренностей, и вынужден буду пересмотреть договор.
— На роль нового главы выберут сильнейшего, а это третий старейшина Цзинсун, у него пятый ранг и сорок седьмая ступень, — сказала Ля.
— Всего шаг до шестого, — подтвердила Сю, и пояснила: — А дочь покойного главы Юнхуа всего на сорок пятой ступени.
— А кого бы предпочли вы? Только честно, — поинтересовался Жора.
— Юнхуа меня не любит, потому что в детстве я постоянно её била, но она моя сестра, а Цзинсун меня всю жизнь ненавидел, — сообщила Минчжу.
Обе воительницы так же подтвердили, что третий старейшина не самый положительный персонаж. Однако Жора решил, что выживет не сильнейший, а тот, кто не знал о готовящейся ловушке на Минчжу и двух болтушек. Жору не сердило, что они собирались завалить его камнями, так как понимал, что на войне все средства хороши, но то, что они пожертвовали тремя женщинами из родного клана, его сильно раздражало. Нельзя подставлять тех, кто тебе доверял. Тех, с кем делил хлеб и соль. Это неправильно и за подобное отношение надо наказывать. А учитывая местные традиции поклонения сильным, никто не посмеет ему перечить. Жоре начинало это нравиться, так как в степи, если бы просто приехал в улус и убил хана, он бы утомился отбиваться от кочевников племени. Для них вождь неприкосновенный и за то, что они сами выжили, но не отомстили за господина, их бы не ждало ничего, кроме позора и жизни в изгнании. А в княжестве, пожалуйста, убивает более ранговый воин главу клана, а все стоят и смотрят, так как непринято вмешиваться в поединок. Подумаешь, умрёт благодетель, они себе нового выберут из тех, кто остался.