— Нет, не буду, — пожал плечами Жора и развернулся к парню. — Шэн, хоть ты собираешься достичь шестого ранга через месяц?
Принц с удивлением взирал то на Жору, то на мать, а после спросил:
— А это возможно?
— Если твоя мама захочет, она тебе поможет, — сказал Жора.
— И как я могу ему помочь? — Гуй-Мэй с ехидцей смотрела на чужака.
— Каждую ночь прилетай с ним на плиту портала, а на рассвете забирай, чтобы его не заметили, — пояснил Жора.
— А мужа я, когда буду ублажать? Он мужчина энергичный.
— Скажи, что на месяц сделаешь перерыв, — предложил Жора.
— Нет, он будет против, — покачала она головой.
— Значит, не хочешь? А научить его летать сможешь? Чтобы он не упал.
— Зачем? — Гуй-Мэй озадачено посмотрела на сына. — У него нет сил, чтобы создавать материальные крылья! Как его учить? И зачем приносить сюда?
— Если медитировать здесь, можно быстро поднять ранг.
— Мне с этого какая выгода? — Гуй-Мэй снова усмехнулась.
Жора применил заклинание похоти. Она задрожала и слегка согнулась, словно ей захотелось по малой нужде.
— Я научу тебя отключать чувствительность, — с усмешкой сказал он.
— Ну ты коварный! Но этого мало, потому что через месяц ты уйдёшь, и больше никто не применит эти чары! Что другого можешь предложить?
— Хм, какая ты меркантильная, — хмыкнул Жора. — Верну артефакт с заклинанием «внемли гласу свыше».
— Он и так принадлежит мне, — буркнула она.
— Теперь нет, это мой трофей, — покачивая головой, сказал он.
— Всё равно мало, — насупилась Гуй-Мэй.
— Вот ведь ненасытная, — воскликнул Жора. — Учти, Шэна не отдам и запрет не сниму. Так что на это даже не надейся!
— А я смогу обойти ограничения, — усмехнулась она. — Неужели ты думаешь, мы с моим сыночком не сможем договориться?
— Я могу дать иммунитет от Парадиза, — предложил Жора. — Поднявшись наверх, ты сможешь смело общаться с совершенными созданиями, и они не опознают в тебе сородича.
— Это как? Они не поймут, что я беглянка? — Гуй-Мэй прикусила нижнюю губу и задумалась. — И как же ты это сделаешь?
— Секрет, но кое-что я для этого сделал, — с загадочной улыбкой произнёс Жора. — Ну так что, научишь Шэна нормально летать?
— Только летать, — кивнула она и сразу предупредила: — Но за месяц этому невозможно научиться! Я в небе с самого детства и всё равно слаба на виражах.
— Я видел, как летают местные «целостные». Натуральные курицы, запущенные в небо, — с усмешкой сказала Жора. — Наверняка ты гораздо лучше.
— Но даже если я соглашусь учить, у него пока нет крыльев!
Жора указал на приближающуюся к ним Айминь и какого-то слащавого кайтайца на шестидесятой ступени и произнёс:
— А вот и наши крылья пожаловали…
Глава 21
Воительница переоделась в платье-тунику небесно-голубого цвета, уложила волосы и подкрасила глаза. Полные губы у неё и так кораллового цвета, так что не нуждались в помаде. Жора по-новому взглянул на чистенькую и благоухающую красавицу и признал, что серый цвет ей совершенно не идёт.
Её спутник тоже носил вещи голубого цвета. И длинная рубаха, доходившая до середины бедра, и кафтан до колен, расписанный серебристой вышивкой, и брюки с сапогами, и широкий пояс-кушак имели одинаковый оттенок. Единственным тёмным пятном в его наряде оказалась рукоять меча обтянутая кожей и серебряное перекрестье в форме листьев, а вот ножны так же обклеили тканью под цвет одежды.
Жора понимал, что Храм посвящен небу, и все воины носили кафтаны голубых тонов, но у них хотя бы брюки и сапоги имелись тёмные, а глава Да-Ю натуральный цветочек-колокольчик. Ко всему прочему на его женоподобное лицо нанесли едва заметные румяна, и если бы не тоненькая полоска усиков, Жора бы подумал, что перед ним девица. Подкрашенные губы кайтайца растянулись в улыбке, а в сощуренных глазках проскальзывала затаённая злоба.
Они приблизились к трём гостям Храма, и Айминь представила Жору.
— Почтенный глава Да-Ю, это тот самый Повелитель огня.
Жора поближе рассмотрел слащавого мужчину и дал ему определение — престарелый ловелас. В непродолжительной беседе заполненной различными словами благодарности за спасение третьего старейшины из лап грифона прозвучало столько патоки, что Жоре захотелось сходить в душ и отмыться. При этом глазки кайтайца продолжали злобно сверкать, показывая «почётному гостю», что глава Храма обязательно припомнит чужаку то, что он расстроил планы по совращению красивой воительницы.