Да, Григорий помог мне и, когда это было нужно, давал полезные советы. В конце концов, ситуация с Некетом разрешилась только благодаря нему. Если бы тогда я не остановил его, то у нас не было бы шансов снова стать друзьями. Некет согласился с доводами Ани и постепенно отдалился от веры Церкви Писателей – их убеждения, буквально, держаться на соплях.
Также Григорий раскрыл мне, кто убил моих родителей, но после вскрывшейся информации о бесчеловечных экспериментах, я начал сомневаться в его словах. Не удивительно – он утверждал, что “я” из другого мира сделал это…
— Да, он псих, — согласилась Даша, чем изрядно меня удивила. Она производила впечатление фанатика, который был готов, фигурально выражаясь, облизывать объект своего поклонения. — Но он делал это ради людей…
— Пытал бедолаг ради людей?
— А как бы поступил ты? — она решила ответить вопросом на вопрос. Вызов принят.
— Не пытал бы людей? — наигранно спросил я.
— Тогда бы ты не смог достичь никакого прорыва в изучении феномена “Исчезновения” и человечество было бы обречено.
И это ее ответ? Слабо, очень слабо.
— И чего он достиг? Выяснил, что человек должен быть полностью разбит, чтобы стать жертвой? Очень полезная информация, — последнюю фразу я сказал с сарказмом. Даша аж смущенно отвела глаза.
— Он бы достиг большего, если бы ему не помешали… — тихо произнесла она.
— Ты, что пытаешься оправдать пытки? — прямо спросил я. — Что бы ты не сказала, Григорий поступил как последнее чудовище и это факт!
— Да, знаю… — Даша отступила, нервно схватившись своей правой рукой за локоть левой.
— Хорошо… — сказал я. — Хорошо, что ты это понимаешь…
Мы молча стояли друг напротив друга, не решаясь нарушить тишину.
— Послание, — собравшись с мыслями, произнесла она. — Я хочу, чтобы ты меня выслушал, Великий Основатель сказал любой ценой передать его тебе. Поэтому просто послушай, а дальше решай сам… хорошо?
— Хорошо, — ответил я, скрестив руки на груди.
Даша выпрямилась и закрыла глаза. Она отвела руки за спину, сомкнув их в замок. Я не понимал к чему эта театральность, но решил не прерывать ее. Сделав глубокий вздох, она произнесла:
— Тебе нужно отправиться в экспедицию в Пятигорск.
— Неа, — отмахнулся я.
Это было глупой затеей, как не посмотри. Отправиться в один конец не пойми куда не пойми зачем? Нет, спасибо, пожалуй я откажусь.
— Я ожидала подобного… — Даша направила руку в карман и достала оттуда аккуратно сложенный листок бумаги. — Великий Основатель попросил передать тебе это.
Я принял от нее листок и медленно развернул его. Это оказалась черно-белая фотография. Увидев человека на ней, я застыл в шоке. Это был я, но постарше. Волосы были по плечи, а лицо заросло плотной и сальной бородой. Но это точно был я. Неожиданно в моей памяти всплыл момент убийства моих родителей.
“Внимательно запомни эту картину”, — эти слова произнес незнакомец, убивший маму и папу, и почему-то оставивший меня в живых.
— Откуда?.. — я смог выдавить из себя вопрос.
— Это фото было сделано в Пятигорске за неделю до “Вторжения”. Он мелькнул на одной из камер. К счастью, Великий Основатель приказал проводить все записи через систему распознавания лиц, поэтому удалось откопать его среди миллиарда байт информации. — спокойно объяснила Даша. Похоже, этот ответ был подготовлен заранее. — Он может быть там, в “пораженной зоне”.
— Но я не знаю, что я буду делать, когда мы встретимся… — вернув себе самообладание, сказал я. — Что если он меня убьет?
— Он мог убить тебя всегда, — она пожала плечами. — Он – это ты, а значит он знает где ты живешь и что обычно делаешь.
В этом был смысл. Я всегда был на прицеле у него. Другой “я” не сводил с меня глаз все это время… Эта мысль пугала – быть марионеткой в руках другого человека, даже самого себя – не самое приятное чувство.
— Ты думаешь, я должен с ним встретиться? — нервно спросил я.
— Великий Основатель так думает, — ответила Даша. — А он явно знает больше. В конце концов, будь он просто психом, как ты думаешь, смог бы добиться всего этого?
Она театрально развела руками, демонстрируя “все это”, чего добился Григорий. Ее жест выглядел комичным и неуместным, потому что мы находились в моей квартире, а не в ростовском филиале или, хотя бы, на улице.
— К тому же, миру скоро придет конец, — невозмутимо добавила Даша.