– В чем дело? Почему стоим? – спросила я удивленно. – Где мы?
– Волочек, будь он не ладен.
– Почему?
– А тут стоит волшебный светофор, который держит всю Россию, так зло шутят водители-дальнобойщики.
– Не поняла.
– А чего не понять. Трасса Москва Питер проходит через город. Наша доблестная власть ни в Советское время, низа двадцать лет капитализма не позаботилась о строительстве объездной дороги вокруг города. А в центре стоит светофор. Кто же знал, что мы так разбогатеем, что передвигаться и перевозить грузы будем исключительно на автомобилях. Вот и стоит колонна в ожидании, когда загорится зеленый. Так что час как минимум проторчим здесь, а то и больше.
Сева поймал канал с ретро и под звуки старых песен я снова задремала. И приснился мне старый детектив. Он грустно смотрел на меня и что-то хотел сказать, но все не решался. Потом взял меня за руку и куда-то повел. Но тут машина дернулась, и я проснулась. Сон был настолько реален, что я сначала не могла понять, почему я сижу в машине и куда делся Анатолий Викторович. Что он мне хотел сказать.
Наконец мы проехали этот злополучный светофор и набирая скорость понеслись дальше.
– Долго еще ехать? – спросила я Севу.
– Гораздо меньше, чем проехали. Часа через два приедем.
Раздался звонок мобильника. Звонила Света. Она вкратце рассказала все, что им со Славой удалось выяснить про Дашкова. Дашков Борис Иванович оказался за решеткой за не преднамеренное убийство, хотя по существу должен был сидеть за превышение самообороны, а с хорошим адвокатом, вообще не должен был сидеть. Характеризовали его положительно и тюремное начальство ходатайствовало об условно-досрочном освобождении. Освободился он три месяца назад. Устроился на работу. Правда жена с ним сразу развелась, забрала ребенка и уехала к родителям в Курскую область.
Мужик явно не бандит. И тюрьма, похоже, его не испортила. Навряд ли Пащенко поехал к нему. Но проверить надо.
Наконец мы въехали в город. Обыкновенный провинциальный городок, довольно ухоженный. Поколесив по городу, мы наконец нашли нужную улицу и дом.
– Я пойду, а ты жди меня в машине, – сказала я Севе.
– Еще чего. Кто из нас опер, ты или я, – возмутился он.
– Хорошо, пойдем вместе, только разговор начну я.
– Да ради бога, – пробурчал Севка, вылезая из машины.
К двери долго никто не подходил, наконец мы услышали недовольный голос: – Кого еще черт принес? И дверь открылась. На пороге стоял взъерошенный мужик. Похоже, мы его разбудили.
– Старший лейтенант Горохов, – представился Сева. Нам нужно с Вами поговорить, Борис Иванович.
– Проходите, – неохотно предложил Дашков. – Чем обязан.
– Вы давно видели Пащенко Виктора Ивановича? – спросила я.
– Да неделю назад заявился ко мне, говорит, убили следака, который упек его на восемь лет. Первым делом начнут подозревать его, он же на суде грозил тому. Менты разбираться не будут, возьмут под белы рученьки и отправят снова в места не столь отдаленные. Хотел у меня отсидеться. Но я ему популярно объяснил, что мне эти заморочки не нужны. Первым делом будут проверять тех, с кем он сидел и кто раньше его освободился. Ему нужно ехать подальше от Москвы и залечь где-нибудь в деревне. Найти себе бабенку, расписаться и сменить фамилию. И тогда его сам черт не найдет.
– А Вы сообразительный мужик, – засмеялся Сева.
– Да я в тюрьме все детективы в библиотеке прочитал. Люблю, признаться, этот жанр. Если бы бандиты больше читали, вам бы сложнее было их ловить.
– Значит, Вы считаете, что Пащенко не убивал следователя, – спросила я снова.
– Думаю, нет. Очень он был напуган. Мы в камере много с ним разговаривали. Виктор мне подробно рассказал, как было дело. Я думаю, что следствие не все раскопало, поэтому и срок был не максимальный. И Виктор это понимал, поэтому никогда не заводил разговора о мести. Он хотел начать новую жизнь. У него в Москве была своя квартира. На работу он мог бы устроиться. У него золотые руки. Он в тюрьме занимался резьбой по дереву. Не за чем было ему убивать следака.
– А он не говорил, куда собирается поехать? – поинтересовался Сева.
–Нет. Он и ушел, когда я был на работе. Даже не попрощался. Записку только оставил.
– Можно посмотреть?– попросила я.
– Пожалуйста.– Борис Иванович достал из ящика комода листок бумаги.
Я стала читать: «Борис, спасибо тебе за помощь. Я уезжаю. Пока еще не знаю куда. Решу на вокзале. Деньги, что ты мне дал, я верну, как только заработаю. Верь мне, я не убивал следователя. Прощай, Виктор.»