Рядом было много лошадей, и логичнее всего было бы крикнуть, чтобы подвели одну из них, и усадить леди Харроу. Но вместо этого Дойл спросил:
— Отважитесь схватить меня за шею?
Вопрос был не лишним, отнюдь. Но леди Харроу не колебалась и осторожно оперлась на него рукой. Пошатнувшись, Дойл встал и поднял ее на руки.
— Милорд… — пробормотала она неуверенно и бросила взгляд ему за спину, туда, где стояли лошади. Но Дойл сделал вид, что не услышал ее или не понял, и зашагал в сторону лагеря. Спустя несколько десятков шагов леди Харроу как будто расслабилась и стала еще легче. А потом заметила:
— Милорд, за вашей спиной стояло несколько десятков крепких лошадей.
Дойл приподнял бровь и уточнил:
— Правда? Я совершенно о них забыл. Вы сами как-то говорили, что мужчины плохо замечают мелочи.
Ее губы дрогнули в улыбке, и Дойл, не выдержав, улыбнулся ей в ответ.
В шатер он занес ее таким образом, чтобы это увидела как минимум половина лагеря — иначе весь спектакль был бы бессмыслен.
Опустив за собой плотную ткань и положив леди Харроу на высокий чистый тюфяк, он подозвал старого лекаря и сказал:
— Осмотришь ее и скажешь, что она серьезно повредила ногу. Как — сам придумай, но смотри — ничего опасного, чтобы через пару дней она снова могла сесть в седло.
Старик нахмурил кустистые брови:
— Лекарство — не шарлатанство.
— Считай, что ты лечишь сейчас целое государство. И не проболтайся, старик.
Дойл отцепил от пояса небольшой кошель и протянул его лекарю. Тот колебался недолго, взял, внимательно изучил содержимое и спрятал в сумку на бедре.
— Ради государства, милорд, я сделаю все, что нужно.
Дойл кивнул и подошел к леди Харроу.
— Простите, леди, но теперь я должен буду вас оставить.
Она улыбнулась:
— Не совсем. До выезда охоты еще как минимум час, а вам нужно убедить всех, что вы остались со мной. Для достоверности вам стоит побыть здесь еще несколько минут, и только после этого послать к его величеству слугу с печальным известием.
— Вы непозволительно умны для женщины, леди, — сказал Дойл и сел на тюфяк, у нее в ногах. Сейчас оставалось просто ждать.
Глава 14
Ожидание было недолгим. Спустя несколько минут Дойл кликнул слуг и отправил одного — с короткой запиской королю, а другого — за кем-нибудь из теней, а тем временем прикрыл глаза и погрузился в размышления. Король — плохая приманка, слишком уж ценная. Но иначе было поступить нельзя — в этот раз судьба благоволила ему и помогла угадать намерения заговорщиков, в другой раз она может быть не столь любезна.
Леди Харроу молчала и не мешала его мыслям — и в какой-то момент он почти забыл о ее присутствии. Когда пришел темноволосый худощавый Терранс в обычном облачении тени, Дойл сразу же поднялся ему навстречу.
— Вызывали, милорд? — поклонился Терранс, опуская с лица кусок ткани, которым обычно прикрывал нос и подбородок.
Дойл кивнул, постучал пальцем по рукоятке меча и произнес:
— На сегодняшней охоте его величеству будет угрожать опасность. Возможно, это будет выстрел в спину, возможно — перед его конем упадет дерево.
Терранс нахмурил брови.
— Милорд, мы защищаем короля ценой собственных жизней и не будем колебаться, если будет нужно умереть за него. Но если вы знаете об опасности, возможно, стоит встретить ее в более подходящем месте, чем дикий лес?
— Это звучит как сомнение, — заметил Дойл серьезно. — И я не желаю его слышать, — потом, подумав, добавил: — отменить охоту не в моей власти. Поэтому я хочу, чтобы вы были предельно внимательны — все вы.
Терранс поклонился и вышел из лекарского шатра — с тем, чтобы вернуться спустя десять минут. Его лицо было невозмутимым, но глаза блестели слишком ярко для обычно равнодушной ко всему бесчувственной тени.
— Милорд, — из-за повязки на лице голос прозвучал глухо, — у меня осталось только двое людей. В обед кто-то… по-видимому, кто-то подсыпал дурной травы в вино, которое нам подали в обед.
— Все живы?
— Да, все. Но они не могут ехать.
Вместо волнения или страха Дойл ощутил какое-то спокойствие. Действительно, глупо было бы думать, что тот, кто решил вывести из строя его, забудет о вечно настороженных стремительных тенях.
Нужно было идти с этим к Эйриху — отговорить его, остановить любыми средствами. Но вдали уже прозвучал рожок, громче залаяли собаки, заржали кони — охота была готова выдвигаться в путь.
— Не спускай с короля глаз, — велел Дойл и, когда Терренс поспешил к Эйриху, обернулся к лекарю: — Не позволяй сюда никому входить до моего возвращения, старик.