— С мясом.
— С мясом, — кивнула она, подтверждая мою правоту, — да не с обычным. Они были с печенью, Ром, а ты этого даже не заметил.
Я сидел, открыв рот, так как её слова совершенно выбили меня из колеи. Я с детства ненавижу печень! В любом виде! Мама не раз говорила, что надо было ей меньше налегать на печеночные продукты во время беременности мной. Я продолжал изумленно пялиться на сестру и не мог подобрать слов для ответа.
— Ром, а она знает о твоей работе? — тихо, с опаской спросила сестра.
— Да. Мы на ней и познакомились. — слова слетели с моих губ прежде, чем я осознал, что я говорю. Марина недовольно поджала свои пухлые губки, отвернулась и о чём-то задумалась.
— Так, это твоя клиентка? — спросила она строгим голосом, не поворачиваясь ко мне. — Или не только твоя? — и посмотрела на меня с вызовом.
Эта фраза неприятно кольнула сердце, я поморщился, словно от лимона. Ну и что мне ей сказать? В конце концов, Марина взрослая девушка, даже в чём-то взрослее своих сверстников. И я рассказал ей о Рите. Всё без утайки и недомолвок. Она кивала, словно раскладывая у себя в голове полученную информацию по стеллажам и полкам.
— И когда ты нас познакомишь?
— Не знаю. А ты хочешь?
— Господи, Ром, конечно хочу! — вскинула она руки, подчеркивая своё возмущение. — Я впервые вижу тебя таким заинтересованным в женщине. Ты стал выгладить, как нормальный счастливый человек, а не как будильник с заводом на бодрость.
— Я так выглядел? — уточнил скептически.
— Не перебивай! — строго воскликнула Марина, а затем уже тише и даже проникновенно добавила — Мне скоро предстоит операция и может случиться всякое. Я к этому готова. А ты нет! Мне важно знать, что ты не останешься один. Что рядом с тобой будет человек, который поможет, поддержит и позаботиться о тебе.
Я не выдержал её тирады и подскочил с дивана. Смысл её слов сковал ужасом всё тело, и мне стало жизненно необходимо сбросить его с себя. Я метался по комнате от стены до стены, сжимая и разжимая кулаки. Глубоко дышал и пытался не сорваться. Хотелось кричать и крушить всё вокруг от отчаяния, накатившего после её горьких слов, и несправедливости бытия — она не может умереть! Не после стольких потраченных сил, моих и её, на выздоровление! Я остановился, нависая на ней.
— Всё будет хорошо, слышишь?! — рявкнул я, не сдержавшись. — И не смей мне тут выступать с такими крамольными речами! — откуда эта фраза вообще всплыла в моём мозгу?! Я почувствовал себя римлянином, вещающим с трибуны. Пойти что ли простынёй обмотаться для большего эффекта?
— Ром, я верю в это и надеюсь на благоприятный результат, но мы не от чего не застрахованы. Случай с родителями это наглядно доказал. Пожалуйста, — протянула она ко мне руки и я обхватил её холодные подрагивающие пальцы — а она была не такой уж и спокойной, какой пыталась казаться! — Выполни мою просьбу. Мне так будет спокойнее.
— Мариш, русалочка моя, — я опустился на колени перед диваном и положил наши переплетенные кисти рук на её колени, — я и не собирался скрывать вас друг от друга. Как будет время, я вас обязательно познакомлю. Я даже, сегодня пригласил её в кафе, которое открылось неподалёку, чтобы при случае, нам не пришлось долго до тебя добираться. Но сегодня я объяснял Рите историю своей «продажной» жизни и немного увлекся. А так, я собирался пригласить её после кафе к нам, честно.
Марина почему то недовольно вздохнула, подняла глаза к потолку, как бы вопрошая «И за что мне это?» и посмотрела на меня с укором.
— Ром, а меня предупредить?
— А зачем? — не понял я, — ты же и так всегда дома.
— Чтобы одеться прилично и предстать перед твоей девушкой в нормальном виде, а не с мукОй на носу!
Мы весело рассмеялись, и я понял, что на самом деле, она на меня не сердится, а лишь в очередной раз, указывает на мои оплошности в отношении к ней. Да, я не подумал её предупредить с этой целью — для меня Марина всегда хорошо выглядит.
Мы ещё немного посидели на диване, поговорили о Рите, планах на неделю и разошлись по комнатам спать. Лежа в постели, я представлял восхитительное тело своей Маргаритки (да, своей, и пусть кто-нибудь попробует заявить обратное!) и блаженно жмурился от предвкушения следующей встречи.
21. Рита
На протяжении нескольких дней после свидания с Ромой, я парила над землёй от переполнявшего меня счастья. Как же давно я не испытывала подобного! И мне так это нравится! Директор, заметив мой мечтательный взгляд и глупую улыбку (наверняка, она была именно такой) лишь понимающе хмыкнул и изрёк глубокомысленное: «Ну-ну…». Он был в курсе моего предстоящего развода, правда без подробностей, и всячески выказывал мне свою поддержку. Шеф был отличный мужик, хоть и со странностями, как все творческие люди. Его супруга однажды сказала, что если бы не её вечная «слежка» за мужем, он бы забывал есть, пить и даже одеваться. Настолько сильно его захватывала творческая сторона нашей работы. Они были замечательной парой, состоявшие в браке более двадцати лет и вызывали у меня искреннюю симпатию.