– Документы о разводе. И отказ от совместно нажитого имущества.
– Какое имущество? Руслан под санкциями. Дом под арестом.
– Который наложил суд. Истец я. Санкции снимут скоро. Как и арест на тот милый домик в Лондоне, что он успел купить. Тебе не достанется ничего! – начинает горячиться Альберт Игоревич. – Ты уйдешь отсюда голадранкой! Какой и была! Иначе… – он делает театральную паузу, – Ты сядешь. Взлом с проникновением.
– Штраф или лишение свободы до двух лет, – поясняет мужчина в очках, как я понимаю, адвокат.
– Как понимаешь, при таком отказе будет срок.
Я бледнею, голова начинает кружиться.
Тогда Альберт Игоревич исполнит свою мечту. Я сяду, он женит сына на “достойной” Викуше. Руслан вытащит меня любой ценой. Денег на адвоката нет, как и влияния его отца.
Зачем я вернулась на Родину? Руслан же просил не делать глупостей.
Мне нужно срочно с ним поговорить, услышать, что слова Викуши ложь. Что Руслан не станет отцом. Ведь не мог он мне изменить. Не мог же, правда?
Глава 2
– Подписывай! – Альберт. Игоревич тычет в меня документами о разводе.
Я лихорадочно думаю. Мне сейчас нет никакого дела до документов, свирепых псов секра, боли в спине от удара прикладом, головокружения после сотрясения. У меня лишь одно желание: скорее поговорить с Русланом.
– Мне нужно в туалет, – к горлу подступает тошнота, зажимаю рот рукой.
Альберт Игоревич отпрыгивает от меня с отвращением.
Бегу в туалет, где меня тут же выворачивает наизнанку. За спиной этот в маске, охраняет, будто я могу смыть себя в толчок и исчезнуть.
– Можно оставить меня на две минуты! – захлопываю перед его носом дверь.
Умываюсь. Холодная вода приносит облегчение и приступы тошноты пропадают.
В зеркальной поверхности отражается мое бледное лицо, с побелевшими губами. А позади меня душевая кабинка с прозрачной перегородкой.
Мой мозг бомбит счастливыми воспоминаниями.
Я под тропическим душем. Заходит Руслан, который ни на секунду не расстается с телефоном. Строгим властным тоном решает очередную проблему компании, он тогда много работал. Старался заработать для нас на будущее, свободу от его деспотичного отца.
Рисую на запотевшем стекле сердечко. Капля геля для душа на руку, пушистой пеной соблазнительно обвожу шею округлую грудь. Медленно двигаю бедрами под музыкальную композицию.
Муж неотрывно смотрит, не моргает даже, как под гипнозом. Взгляд такой жаркий, голодный.
– Что? Слышу. Мне нужно в душ. Перезвоню, – быстро раздевается и идет ко мне.
Я ликую. Соблазнила, отвлекла на мгновение от бесконечных дел. Наши голые тела врезаются друг в друга.
– Ты мое искушение, Аля, – говорит Руслан хриплым голосом, лаская властно, немного болезненно целуя в губы.
– Скорее! – звучит за дверью голос свёкра.
Прихожу в себя. Не могу попасться к ним в плен.
Мне нужно в Лондон, к мужу. Он должен все мне объяснить.
Окидываю помещение взглядом. Здесь нет окон, но в стене неприметная дверь, отделанная серым мрамором. Подсобка, а там небольшое окно.
Иду туда, спотыкаюсь о швабру, она не успевает упасть и создать шум, ловлю носком босоножки.
Под ускоряющийся ритм сердца, сооружаю лестницу из ведра, открываю окно прямоугольной формы и спрыгиваю на землю.
Мне нужна машина, такси я уже отпустила.
Чувствуя себя шпионкой из фильма, пробираюсь к гаражу. Дом патрулируют, слышу тихие мужские голоса за поворотом. Достаю из сумки ключи и открываю дверь. Внутри, все как прежде: выставка машин эксклюзивных, дорогих. Которые теперь тоже под арестом.
– Привет, моя маленькая, – глажу по красной морде моей пантеры, с узкими вытянутыми фарами. – Скучала малышка? Я да.
Сажусь в салон и одновременно с тем, как с грохотом поднимаются автоматические ворота, с визгом срываюсь с места. Разгон до ста за три секунды.
Пролетаю мимо Ауруса свекра и удивленных людей в маске. За мной гонятся на джипах. Кричат охраннику, высунувшись в окно, чтобы опустил шлагбаум, руками машут.
Слышу лязг стрелы по боку машины. Джипы тормозят перед шлагбаумом. Я получаю фору.
На трассе, обгоняю машины одну за другой. Снимаю с плеч рюкзак, кидаю на соседнее сиденье. Из него торчит свернутая в трубочку картина подруги Саши.
Душно. Опять эта тошнота. Все же нужно было закончить лечение. Нажимаю кнопку и крыша моей пантеры мягко отъезжает назад.
Летний ветер развивает волосы, а приступы тошноты прекращаются. Машины с соседней полосы разноцветными пятнами пролетают мимо меня. Одна из них черная начинает сигналить. В окно высовывается мужчина и кричит, чтобы парковалась. Я узнаю его. Давид Натанович, адвокат, друг мужа и просто козел. Он доставил моей подруге Саше много неприятностей. Принципиальный подонок. Карьерист.