— Выполнял ваше пожелание, не так ли? Или прямой приказ, — Алета не поворачивала головы, но мягкий голос вдруг напомнил императору шелковую нить — тонкую, но крепкую… а уж как порезать может! Не до крови — до кости. — И я здесь не случайно, не так ли? Кого из нас вы проверяете, Ваше Величество? Вашего придворного мага, стратега или невесту?
— Всех троих, — холодно и так же прямо ответил он, — Раз уж вы так проницательны, моя дорогая, то должны понять: верить в моем положении — роскошь. И, при нынешнем состоянии казны, она мне просто не по карману.
— Что ж, — Алета пожала плечами, — я признаю за вами это право, как прерогативу верховной власти. Вы хотели, чтобы я наслаждалась зрелищем? Так, может быть, вина?
— Хм, — хмыкнул он. Недоумение смешалось со странным удовольствием, — Можно и вина. Какое предпочитаете?
— Вы же сегодня угадываете мои вкусы. Продолжайте.
— Фиольское?
— Не слишком патриотично, но вкусно, — согласилась Алета, — пусть будет фиольское.
На площадке у фонтана, меж тем, развернулся купол: льдисто-голубой со стороны придворного мага и пепельный, почти прозрачный, со стороны Винкера.
— Вы совсем не беспокоитесь, дорогая?
— С чего бы это вдруг? — искренне удивилась Алета, — я не успела узнать вашего придворного мага и привязаться к нему. Если он сегодня встретит Серую Госпожу, я огорчусь только за вас, Ваше Величество. Наверное, это очень тяжело — терять таких преданных слуг.
— У моего мага восьмой уровень…
— Значит, у него есть шанс выжить, — кивнула Алета, — утешайтесь этим, Ваше Величество. А мне позвольте вернуться к себе.
— Вы не будете досматривать? — удивился Рамер, — Я полагал, что южанки любят такие забавы.
— Южанки любят участвовать. Но не смотреть. Приятного зрелища, Ваше Величество, и спасибо за великолепный завтрак. Ветчина бесподобна, а вино выше всяких похвал, — Алета поставила почти нетронутый бокал на крышку высокого секретера из темного дерева, присела в реверансе и вышла.
Двери за ней закрылись без хлопка.
Рамер Девятый смотрел вслед своей невесте со стойким ощущением, что он где-то лопухнулся, и не по мелочи, типа неправильного выбора вина или закуски, а крупно.
Выходит, не так уж этот мальчик ей и дорог? А он просто выставил себя ревнивым идиотом?
Алета быстро шла по коридору, стараясь "держать" и лицо, и спину. Ей кланялись — она наклоняла голову в ответ. Хвала Святым Древним, никто не требовал от нее улыбок. Все знали, что ее близкий родственник на фронте, и хмурое настроение девушки легко объяснялось беспокойством.
Только бы никто не заговорил — а то ведь не выдержит и сорвется.
Боги благоволили ей — до самых дверей в апартаменты. Кивком отпустив гвардейцев, Алета стремительно прошла в спальню, кинулась ничком на кровать и, сжав подушку, тихонько заскулила, пряча лицо в мягкий шелк.
Что бы не происходило вокруг — никто не должен видеть твоей слабости. Никто не должен понять, где ты уязвим.
Никому нельзя верить.
…На самом деле магическая дуэль — зрелище скучнейшее. Чтоб никому случайно не прилетело, маги окружают себя куполом, который искажает все, что происходит внутри. Зрители видят вспышки огненных шаров, иногда вздрагивает земля, резонируя со щитами — и это все.
Потом купол исчезает — и можно поздравлять и выражать соболезнования.
Но на этот раз что-то пошло не так…
Дверь еще не успела закрыться за Алетой, когда защитный купол исчез. Секунданты поспешили туда, перекрывая Императору весь обзор… но не орать же в окно: отойдите, олухи, мне не видно! Не хватало стать героем свежего анекдота.
Вино оказалось кстати. Хоть и не любил Рамер фиольское, оно казалось ему излишне приторным — но градус там имелся.
На площадке творилось что-то очень странное — оба дуэлянта, это Рамер видел отчетливо, стояли на своих ногах, так что формальных оснований для прекращения дуэли не было. Или Винкер принес извинения?
Стратег подошел к Абнеру и, кажется, похлопал его по плечу. Дикая фамильярность — придворный маг не стерпел бы такого ни от кого… разве что от самого Императора. Сожжет или воздушным кулаком раздавит?
К бесконечному удивлению Рамера, маг не сделал ни того, ни другого. Он вообще ничего не сделал — продолжая стоять и охлопывать себя, словно потерял кошелек с последним золотым.
К нему подошел Герд и стал говорить, бурно жестикулируя. Тон был взволнованный, но слова не различались.
А Винкер, вместе с гвардейцами, не спеша направились к казармам — или к плацу. Проходя мимо его окон, стратег, не оборачиваясь, отдал короткий, армейский салют — словно знал, что Его Величество здесь.