— Каким образом можно свести к нулю семьдесят тысяч религиозных фанатиков?
— Утопить, как котят. Взгляните на карты, господа. Это соседняя с нами провинция Виенте и две ее главные реки: Виен и Нера. Здесь, — вместо указки Эшери использовал узкий стилет, — они сливаются в огромный поток и этот поток несет свои воды в море. Чуть левее и, обратите внимание, ниже — Нерская равнина. Если заманить армию нашего противника сюда, а потом перенаправить поток…
— Это возможно? — облизнул узкие губы Годри.
— Для меня — да.
— Бездна! Эшери, это может получиться!!!
— Если ни у кого нет других предложений, значит принимаем этот план, — кивнул Кот, — выдвигаемся завтра вечером. Будьте готовы, господа.
— Почему так поздно? — удивился пожилой полковник Нерги: здоровый как лось, с головой лысой, как колено и огромными, как у кузнеца, волосатыми руками, — мы можем подняться за одну клепсидру.
— Торопиться некуда, во-первых. А во-вторых, здесь осталось одно дело. В окрестностях объявилась банда, которая грабит купцов и крестьян.
— И что? — искренне удивился Нерги, — Это дело местного графа, а никак не наше.
— И кто же у нас местный граф? — шевельнул бровью Золотой Кот. — Не тот ли парень, что сгорел в Атре вместе со своими коллегами по ордену? Так что уж простите, полковник, но местные разбойники — теперь тоже наше дело. Зачистить банду — дело одного дня. Думаю, ваши ребята не откажутся со мной прогуляться?
Массивный, как медведь, полковник покраснел от ярости и выбросил вперед здоровенный кулак. Где-то по пути кулак трансформировался в фигу и остановился в ладони перед лицом Эшери.
— Вот что ты получишь, а не моих парней, сопляк. Палач! Людоед! Тебе бы только вешать!!!
Полковник орал, наливаясь кровью и не особо заботясь о том, что его могут услышать за пределами шатра. А брови Кота с каждым словом поднимались все выше и взгляд становился веселее…
— Какая интересная фигура. — Двумя пальцами Кот взял Нерги за запястье и аккуратно отвел руку от своего лица. Никто ничего не понял, даже Райкер, сидевший рядом. Движение выглядело спокойным и плавным.
Наверное, Рамер Девятый был единственным, кто заметил натянувшиеся жгутами мышцы полковника… Пустое усилие. Монтрез мог, не особо напрягаясь, кочергу бантиком завязать.
— Зачем же так волноваться, любезнейший. Не хотите — как хотите. Арк, ваши "Бессмертные" не желают размяться? Условия прежние: офицерам — "Сова", всем рядовым бойцам по двадцать золотых эров.
— Пятьдесят, — набросил император.
— Собственно… на таких условиях мои тоже не откажутся погонять бандитов, — подал голос Годри.
— В следующий раз — обязательно, — Кот взглянул на него с симпатией, — не переживайте, на ваш век человеческой дряни хватит. Господа офицеры, все свободы. Останется Райкер.
Последний из приглашенных покинул шатер, адъютант бесшумно и быстро убрал посуду, а Эшери тихим щелчком активировал "Бормоталку" — заклинание, не позволяющее подслушать разговор.
— Еще твоей любимой кислятины?
— Пожалуй, но позже.
Райкер зыркнул на молодого маршала без восхищения.
— Ты молодец, Кот. Одним ударом расколол армию накануне сражения — а нас и так мало.
— Было бы лучше, если бы в решающий момент наши же полки повернули оружие против нас?
— Да все я понимаю, — поморщился старик, — но… противно.
— Война пахнет розами только когда хоронят героев, — пожал плечами маршал, — зато уже к завтрашнему утру мы будем точно знать, сколько человек в этой армии действительно готовы сражаться за своего императора.
— Предполагаешь массовое дезертирство? — резко спросил Рамер.
— Почти уверен.
— Но… если мы не успеем их перехватить?
Эшери на мгновение прикрыл глаза, напомнив себе, что "железная выдержка — фундамент победы". А в политике это еще и стены, и крыша, и каминная труба и палисадник с забором. Словом — все и все остальное.
— Мы не будем заниматься такой ерундой, — абсолютно спокойно произнес Кот, словно не кипел только что, как вулкан, готовый взорваться, — У нас нет на нее ни времени, ни ресурсов.
— То есть, твой блестящий план?..
— Блестящая глупость, Ваше Величество. Я же не идиот, чтобы сражаться на болотах с пехотой, превосходящей меня числом в тридцать раз. С местной пехотой, заметьте. Которая знает эти болота как собственные огороды. Но, надеюсь, эта глупость блестела достаточно ярко.
— Меня ты не ослепил, — буркнул Райкер, — а остальных… Посмотрим.