Элоди делает несколько нервных глотков из своего бокала. Вкуса вина она совсем не чувствует, как и тепла, проходящего по всему телу от алкоголя. Ее кошмары становятся явью, пока Саммер чуть ли не тычет ей лифчиком в лицо. Она попала.
— У тебя куча белья, — произносит Элоди. — Я помню, какими партиями ты его закупаешь.
Самая глупая защита, которую она могла бы только придумать. Элоди мысленно посыпает голову пеплом. Идиотка. Пусть Саммер закупается огромным количеством белья и регулярно таскает ее саму по таким магазинам, она не идиотка, чтобы спутать.
— Думаешь, я могу в этом ошибаться? Нет, Эл. Этот на меня даже не налезет. На размер меньше. Я не покупаю тряпки, из которых моя грудь может вывалиться в любой момент. Это какая-нибудь плоскодонка оставила. Господи, ну как он мог?
— Может, все не так, — продолжает Элоди. — Ты с ним говорила об этом?
— Конечно. Я сразу ткнула ему это в морду, — она снова трясет лифчиком перед лицом Элоди. — Он начал отмазываться, что подружка Сэма, его барабанщика, оставила в гримерке. Ну, конечно. Зачем тогда он эту тряпку с собой таскает, а не Сэм?
Элоди начинает злиться не столько на себя, сколько на Коннора. Зачем он, действительно, лифчик подобрал вот так? Да еще и носил в кармане куртки. Мог бы просто оставить там. Элоди бы не обеднела от потери одного предмета гардероба. Конспирация, черт побери, не слово из его лексикона.
Она забирает из рук Саммер бюстгальтер, потому что не может больше на него смотреть. Откладывает на журнальный столик, снова отпивает вина.
— Я не знаю, может, так и есть, — чуть спокойнее говорит Саммер. — А я просто чертова истеричка. Но я устроила ему разнос и ушла. Он все пытается мне звонить, но я не знаю, что ему говорить.
Элоди мечется меж двух огней. С одной стороны, как подруга хочет ее поддержать. Сказать, что этот урод ее не достоин. Что в будущем у Саммер будет еще множество замечательных парней, которые не предадут. Пообещать, что поможет по лайкам в Инстаграме выловить эту шалашовку и оттаскать ее за волосы. С другой стороны, как та самая шалашовка, Элоди хочет отвести удар как от себя, так и от Коннора.
Раз уж она не в состоянии его бросить.
Она допивает свое вино и подается к Саммер, чтобы просто крепко ее обнять. Подруга не заслуживает такого отношения. Ей бы самой расстаться с Коннором после такого. Но подталкивать ее к этому Элоди не может. Лицемерно получится. Вроде как, в таком-то случае она получит Коннора всего себе. Извлечет выгоду из страданий подруги.
И не оставит самому Коннору выбора. А ей действительно важно, чтобы он наконец-то определился сам.
— Я не знаю, смогу ли его простить, — шепчет Саммер, уже хлюпая носом.
Домашняя футболка Элоди очень быстро пропитывается ее слезами. Плечи Саммер дрожат. Элоди успокаивающе поглаживает ее по спине. Хотя сама готова разрыдаться вместе с ней.
***
«Нам нужно поговорить», — Элоди отправляет сообщение Коннору.
«Согласен», — отвечает он моментально.
Она переворачивается на своей постели, задумчиво рассматривает потолок. Впервые за последнее время в ее сознании нет путаницы. Она смиряется с тем, что не может так просто расстаться с Коннором. Это выше ее сил. Она признает собственную слабость и решает, что пока может ей попустительствовать. Но это означает, что им необходимо или разрешить вопрос с Саммер, или лучше скрываться. Как минимум больше не попадаться вместе на глаза Лео, способному слить информацию о них «во благо» карьеры Коннора.
Правильного выхода из ситуации нет. Но и человек — существо несовершенное. Невозможно жить, опираясь только на правильные решения в современном мире.
«Я приеду», — приходит сообщение от Коннора. — «Я здесь неподалеку».
Элоди резко садится на кровати. Вот тебе и конспирация. Она злится — он что, совсем без мозгов? С другой стороны, ну не могут ведь они встречаться только под покровом ночи в каких-нибудь удаленных мотелях, чтобы ни одна живая душа их не заметила вместе. Не шпионы, все-таки.
Она вытряхивает себя из пижамы, берет первые попавшиеся шорты и майку в шкафу. Если Коннор неподалеку, у нее точно нет времени прихорашиваться. Элоди только проводит расческой по волосам и придирчиво смотрит на себя в зеркало. Темных кругов под глазами нет, и то хорошо.