Нет, Элоди не догадывалась. Она больше себя накручивала. Но это успокаивает. Однако, Лео все-таки занимается его продвижением. Лично. С его младшим братом-то Коннор дружит. Элоди с самой себя становится противно — как можно настолько не доверять людям? Особенно тому, кто сейчас кажется самым близким из всех, кто окружает.
— Когда Саммер бросила его, он признавался мне в любви. Я сразу же заблокировала его номер. Правда, я ничего не отвечала, обещаю. Я покажу тебе всю переписку, если захочешь.
— Я тебе верю, — прерывает ее Лео. — Не нужно.
— Но он начал пытаться доставать меня с других номеров.
— Смени номер, — предлагает Лео. — Мне кажется, ты преувеличиваешь. Парню разбила сердце подружка, он пытается реализоваться за счет бывшей. Случается со многими. Он перебесится.
Элоди настигает самое отвратительное осознание — да, он ей верит, но не воспринимает всерьез. Словно она какая-то дурочка, придумавшая себе преследование.
Но ведь он не знает о Джеки.
— Есть еще кое-что, — начинает Элоди. Произносить ее имя в разговоре с Лео еще сложнее, нежели имя Коннора. Только, как не обидно, но это может подействовать на него лучше. — Мия рассказывала, что он часто караулил Джеки после работы.
— Что? — Лео меняется в лице.
Да. Так и есть. Упоминание Джеки привлекает гораздо больше его внимания, нежели собственные опасения Элоди. Она все еще на втором месте. И, наверное, так и останется, ведь конкурировать с мертвой невозможно.
Элоди проглатывает обиду. Джеки уже все равно, а вот ее безопасность может оказаться под вопросом.
— Ты ведь не просил его ее подвозить, верно? — спрашивает Элоди.
Она не представляла, что ей может быть так больно от одного дурацкого осознания собственной вторичности.
— Я их даже не знакомил, — отвечает Лео как-то совершенно ошарашенно.
Вряд ли ему хотелось бы узнавать что-то такое. Ворошить воспоминания, цепляться за какие-то намеки на то, что между Джеки и Коннором могло что-то быть. Морально перемалывать себя в труху. Элоди поступает ужасно эгоистично, рассказывая.
Но что поделать, если она — ужасная эгоистка?
— Прости, — тихо говорит она.
— Спасибо, что сказала, — кивает Лео. — Я поговорю с Мией. Может, она что-то напутала?
Элоди печально улыбается. Отрицание, вот оно. Что там дальше? Гнев? Торги? Принятие?..
— Я сомневаюсь в этом, — признается Элоди.
— Смени номер, — в голосе Лео появляются приказные нотки. — Поговорим об этом лучше, когда я вернусь.
И он отключается, сухо попрощавшись. Элоди вздыхает. Если бы не информация о Джеки, он не стал бы дальше слушать. Вот настолько всерьез он ее воспринимает. Вот такой второй шанс просил после неприятной ситуации на курорте.
Элоди чувствует себя жалкой. И ничего не может с этим поделать.
***
Тесса вламывается в комнату Элоди, не соизволив даже постучать.
— Там какой-то твой приятель пришел, — говорит она. — Иди встречай гостя, я на работу ухожу, мне некогда с твоими друзьями тереться.
Элоди спросонья мало чего понимает. Тесса же решает не вдаваться ни в какие подробности и просто покидает комнату. На момент Элоди кажется, что ей это приснилось. Но после того, как до нее доносится звук закрытия входной двери квартиры, она слышит еще и шаги в гостиной. Значит, к ней точно кто-то пришел.
Она садится. Первая мысль, переполненная надеждой, заключается в том, что это Лео приехал из своей командировки пораньше и решил сделать ей сюрприз. Вроде, ему не свойственно, но он уже совершал такие поступки. Сбегать с мероприятия, например, вообще не в его стиле. Тогда Элоди не могла говорить об этом точно, но сейчас-то уверена.
Поднимается Элоди в приятной панике. Черт. Она же растрепанная, еще не умывшаяся и не почистившая зубы. Планировала проваляться в постели до полудня, не меньше. А теперь надо как-то быстро привести себя в порядок.
Черт, но выхода в ванную через комнату нет. Придется именно так и выходить — сонной, в дурацкой пижаме, едва пригладившей волосы.
Распахивая дверь комнаты, и выходя в гостиную, Элоди даже не думает о том, что увидит перед собой Коннора. Вся оставшаяся сонливость спадает с нее моментально. И в этот момент она не боится. Ее просто ужасно все это злит. Она хмурится и складывает руки на груди.