— Я собираюсь уехать, — признается Элоди. — Скорее всего, насовсем. Так лучше будет. И для меня, и для тебя, поверь.
— Ты не ответила, — замечает Лео.
— Я не могу ответить. Я просто не могу.
Элоди придвигается к нему ближе, отставляет коробку с едой в сторону. Она кладет голову на плечо Лео, чтобы в последний раз ощутить эту близость, впитать ее полностью.
— Я не готов тебя отпускать, — отзывается он.
— Прости, — отвечает она.
Лео протягивает руку за ее спиной, чтобы приобнять за плечи и еще крепче притиснуть к себе.
На этот раз плакать Элоди себе запрещает.
Глава 17
Решение Элоди остается непоколебимым. Она возвращается вместе с Лео в агентство, чтобы написать чертово заявление. И с сожалением закрыть эту страницу своей жизни. Самую, пожалуй, лучшую страницу.
Лео отправляется в свой кабинет, Элоди идет в сторону кабинета Мии. Осознать в полной мере тот факт, что она может никогда его больше не увидеть, слишком сложно. Элоди старается об этом думать поменьше. Все равно ведь в какой-то момент вернется к его социальным сетям, чтобы следить и вздыхать о несбывшемся.
Лучше позже, чем начинать это делать прямо сейчас. Лучше дольше хранить последние воспоминания о его тепле и мягких прикосновениях.
Мию она застает разговаривающей по гарнитуре. Не отвлекаясь от разговора, она машет Элоди рукой в сторону дивана для посетителей. Мол, подожди.
— Да, я тебя поняла, — говорит она. — Что, еще и опросник мне приготовишь? Я не маленькая, уж как-нибудь справлюсь без твоих советов. Все, позже перезвоню.
Она нажимает на кнопку на гарнитуре и отключается. Затем поднимается из-за стола, подходит к двери и запирает ее на ключ. Элоди приподнимается, напрягаясь. Но Мия уже перемещается к застекленному шкафу, из глубин которого достает бутылку с виски и стакан. Наливает в него на палец, подходит к Элоди, протягивает выпивку ей. Только после этого садится на вторую половину дивана. И, словно заправский психотерапевт, с выжиданием складывает перед собой руки и смотрит на нее.
— Что у тебя такое случилось, что ты аж сбежать собралась? — спрашивает Мия.
С кем она только что разговаривала по телефону, Элоди понимает моментально. То есть, стоило им с Лео разойтись по разным сторонам, как он набрал Мию. И, судя по огрызкам разговора, Элоди ждет натуральный допрос.
То есть, он действительно не отступает. Какая-то часть Элоди испытывает от этого удивительный подъем.
Но, по большому счету, ее эта ситуация пугает.
— Не важно, — отвечает Элоди. — Это мое личное дело. Я ни тебя, ни Лео впутывать в свои проблемы не хочу.
— Значит, они есть, — кивает Мия. — Проблемы. Я тебя не выпущу отсюда, пока не расскажешь. Прямой приказ от руководства.
Она ободряюще улыбается. Элоди вжимается в свой край дивана. А надо ведь было просто сбегать без подобных расшаркиваний. Она просто тянула время. Для самой себя в первую очередь.
— Я не могу, — продолжает стоять на своем Элоди.
— Тебе угрожают? Или ты стыдишься чего-то? Поверь, в большинстве случаев любая проблема не настолько страшна, насколько ты ее видишь для себя.
Элоди опускает взгляд на стакан с виски. Бездумно рассматривает янтарную жидкость. Ей не нравится запах, не нравится вкус. Но она все равно решает, что лучше выпить. Для храбрости. Чтобы получилось дать отпор.
Мия ведь попадает в точку сразу по двум пунктам. Ей поступали угрозы. Ей стыдно до ужаса.
— Это, правда, не важно, — продолжает отпираться Элоди. — Уже не важно.
Виски обжигает глотку. Остается неприятное послевкусие. Ей даже нечем его заесть.
— Я не понимаю, почему ты так пытаешься закрыться от помощи. Зачем ты себя наказываешь.
Затем, что она все это заслужила. Элоди кажется, что в обратном ее не получится убедить. Ее скудная жизненная история по отвратительности произошедшего может перевесить многие другие.
Впрочем, ей уже совершенно точно нечего терять.
— Давай я попробую угадать, — продолжает Мия. — Коннор тебя продолжает преследовать?
Элоди нервно сглатывает. Не может выдавить из себя ни слова, только согласно кивает. Нет смысла отпираться. Ведь это именно Мия начала открывать ей глаза на всю чудовищность его натуры. Элоди просто не смогла предпринять достаточных мер, чтобы защититься.