Затем он достает из кармана брюк небольшую коробочку. Как те, в которых обычно хранят или дарят украшения. Кладет ее на столешницу. Подвигает к Элоди. Она осторожно снимает крышку коробочки. И видит там ключ.
— Жить вместе? — переспрашивает она, глядя то на Лео, то на ключ в коробочке. — Ты серьезно сейчас?
— Абсолютно, — отвечает Лео.
Он рубит с плеча. Не предлагает попробовать снова или остаться друзьями. А сразу отдает ключ от квартиры.
Элоди никогда ни с кем не съезжалась. Аренда квартиры с Тессой — другое. Их ведь никакие интимные отношения не связывали.
— Я не знаю, что сказать, — честно признается Элоди.
Ей страшно сближаться снова. Сломанная, она все только испортит. Разве нет?
— Скажи «да», — пожимает плечами Лео.
Элоди достает ключ из коробочки. Проводит пальцем по зазубринам по всей его длине. Это слишком серьезное предложение.
Но, вообще-то, ей пора решаться не только на побег. А на что-то, что может улучшить ее жизнь. И, может, подарить настоящее счастье.
— Да, — отвечает Элоди.
Лео улыбается. Протягивает к ней руку через кухонную стойку. Легко проглаживает костяшками пальцев по ее щеке.
Это страшно. Но такой страх — положительный, перемешивающийся с приятным волнением. И Элоди улыбается в ответ.
***
— Ты справишься, — говорит Лео, ободряюще сжимая руку Элоди.
Они вдвоем сидят перед залом заседаний, где слушается дело Коннора. С самого утра Элоди чувствует себя ужасно от волнения. Не может есть, ощущает слабость во всем теле. Ее поддерживают только близость Лео и кофе, который вливать в себя приходится чуть ли не силой, не чувствуя вкуса.
Элоди уже работала с детективами полиции и государственным обвинителем, чтобы подготовиться к даче показаний. Но все равно не чувствует уверенности в себе. Она смотрела много адвокатских шоу еще с матерью по телевизору. Знает, как защита может путать и выворачивать слова свидетеля. Даже если сомневаться не в чем.
Ее пугают и присяжные. Закрытый, но не слишком строгий костюм ей помогала подбирать Мия как раз с расчетом на них. Очень многое зависит от их субъективных предпочтений. Элоди не должна выглядеть легкомысленно. Но и неприступно — тоже, ведь она не пожилая чопорная леди, а молодая девушка.
Элоди не уверена, что может создать приятное о себе впечатление. Лео уверен в обратном.
С начала процесса она не заходила в зал суда. С момента официального опознания не виделась с Коннором. Сейчас ей предстоит увидеть его. И пережить все заново, рассказывая свою историю перед служащими суда, прессой, присяжными и людьми, поддерживающими Коннора. В жизни поимкой злодея история не заканчивается. Потому что самое страшное еще впереди.
— Мне кажется, меня сейчас стошнит, — признается Элоди.
Лео выпускает ее руку из своей, только чтобы обнять. Она утыкается лицом в ворот его рубашки, прикрывает глаза. Наверное, она отказалась бы давать показания непосредственно в суде, если бы не поддержка Лео. Не смогла бы даже приехать, не то что переваривать все в себе снова, переступая порог зала заседаний.
Удивительно странно и приятно осознавать, что больше она действительно не одна.
Двери зала заседаний открываются. Элоди поднимает голову. Ее приглашают в зал. Она кивает Нехотя поднимается. Лео напоследок сжимает ее руку снова.
— Я буду ждать тебя здесь, — говорит он.
— Спасибо, — кивает Элоди.
Она бы и не хотела, чтобы он пошел с ней. Чтобы услышал все это заново. Элоди ведь не единственная, для кого это травматично, пусть ее опыт с его и не сравнить.
Элоди поднимает голову и, глядя прямо перед собой, направляется в зал заседаний. Готовая поставить точку во всей этой истории самостоятельно.
***
Обвинительный приговор приносит Элоди самое настоящее облегчение. Впервые за долгое время она чувствует себя действительно свободной. Когда она вместе с Лео возвращается домой, не может перестать улыбаться.
Дышать становится не в пример легче.
— Отпразднуем? — спрашивает Лео, снимая пиджак.
Он закатывает рукава рубашки, ослабляет галстук. Элоди отрицательно мотает головой. Ей не кажется, что здесь есть, что праздновать. Это — не знаменательная дата, а торжество справедливости, совершенно нормальное и правильное.