– Прости, что так поздно звоню тебе, но я не смогу уснуть, если сейчас же не поговорю с тобой, – его голос дрожал от волнения.
– Говори, – морально готовясь к неприятному разговору, произнесла я.
– Не по телефону. Я стою у дома Уёна. Выйди, пожалуйста.
– Ладно, – ответила я и положила трубку.
Я тихонько поднялась с дивана, надела джинсы и футболку и вышла на улицу. Сан стоял недалеко от подъезда в чёрной рубашке и джинсах, устало потирая шею. Я подошла к нему, сохранив между нами расстояние в два шага.
– Говори, – сразу начала я.
Сан молча глядел на меня, будто морально собираясь с мыслями.
– Ты… Когда ты вернёшься к себе домой?
– Как только Уёну станет лучше.
– Ты в порядке?
– Да, – ответила я. Я догадывалась, о чём он хотел поговорить, но очевидно боялся и сомневался. Поэтому я решила сама начать. – Спрашивай, я отвечу честно.
– Боюсь, что уже знаю ответ.
– Тогда зачем пришёл раз знаешь?
– Сонми думает, что вы встречаетесь. Она многое рассказала мне о вас, хоть мне и плевать было на её слова, она продолжала вливать мне в уши весь бред, который считает правдой. Но я не верю ни единому её слову.
– Почему? Ты же сам видел это.
– Видел что?
– Что мы спали вместе. Это ведь чистая правда.
– Ты специально играешь со словами? – несмотря на то, что на улице была глубокая ночь, во взгляде Сана, которым он одарил меня в этот момент, я увидела отчаяние.
– Нет, я говорю как есть.
– Ладно. То, что вы лежали на одной кровати под одним одеялом, ещё ничего не значит. Но вот то, как ты огрызнулась на Сонми, крича, чтобы она не прикасалась к нему... Я запомнил этот взгляд.
– Какой взгляд, о чём ты? – недоумевала я.
– Такой взгляд бывает лишь, когда кто-то прикасается к тому, кто принадлежит только тебе.
Услышав его слова, я застыла. Вдоль позвоночника сверху вниз табунами пробежали мурашки. Неужели он начал замечать то, что я испытываю к Уёну? И разве тогда у меня был именно такой взгляд? Даже если и так, я не могу говорить ему о том, в чём сама ещё не уверена. Сан не поймёт меня.
– Ему было больно. Эта идиотка не знала о его состоянии, – оправдывалась я.
– Хочешь сказать, что мне показалось? – он сделал шаг вперёд, сократив между нами расстояние.
– Показалось.
– И ты сейчас до моего звонка не была с ним под одним одеялом в одной постели? – снова шаг вперёд и его лицо, наполовину освещённое уличным фонарём оказалось близко настолько, насколько это возможно.
– Нет… – задыхаясь от его близости, ответила я.
– Я скучаю по тебе… Очень сильно скучаю, – голос Сана был полон грусти и отчаяния. И это, безусловно, коснулось моего сердца. Оно снова заныло от боли и тоски. Я неуверенно сделала шаг назад.
– Не отдаляйся от меня, – он снова приблизился ко мне и медленно, боясь спугнуть меня, обхватил за талию. Мои руки, как и само тело оставались неподвижными, в то время как крепкие руки Сана постепенно стали сжимать меня в объятиях, а лицо уткнулось в мою шею. Я закрыла глаза, поддаваясь чувствам. Он глубоко вдыхал мой аромат, словно хотел полностью забить им свои лёгкие.
– Не могу больше видеть тебя с ним. Я буквально схожу с ума от того, что ты ухаживаешь за ним, что вы живёте вместе и постоянно вдвоём. Что каждое утро, просыпаясь, он видит твоё сонное лицо и засыпает, когда ты рядом. А если он захочет обнять тебя… или ещё хуже поцеловать… Вы же не обнимались и не целовались? Правда, ведь? – он на секунду отстранился от моей шеи и с надеждой посмотрел мне в глаза.
– Сан…
Кроме его имени, я не успела больше проронить ни слова, потому что меня тут же заткнули поцелуем. Его губы властно впились в мои, не позволяя мне отстраниться. Язык парня уже проник внутрь навстречу к моему. Мои руки оказались прижаты между нашими телами, и я, сжав их в кулаки, попыталась оттолкнуть его. Тело Сана напряглось от моих грубых сопротивлений, и он прошипел мне в губы. Только после этого я вспомнила, что давлю на его ещё не зажившие раны. Поцелуй из жадного постепенно превратился в более чувственный, нежный со щепоткой страсти. Я больше не могла сопротивляться тому, кому не хотела и, наконец, ответила на поцелуй. Дыхание Сана участилось пуще прежнего, а тело стало дрожать, когда он почувствовал как мои руки обвили его шею. Он на секунду оторвался от моих губ и посмотрел на меня. Его глаза искрились радостью, трепетной нежностью. В их отражении я видела себя. Он обхватил моё лицо руками, прислонив свой лоб к моему, и стал дрожащим голосом шептать:
– Ёнхи… Моя Ёнхи… Прошу, скажи, что между вами ничего нет… – повисла гробовая тишина. Ответа так и не последовало. – Почему молчишь?
– Не хочу тебя обманывать…
– Что ты этим хочешь сказать? – парень отстранился, впиваясь в меня серьёзным взглядом.
– Я пока не могу сказать.
– Что значит не можешь сказать? Говори, что происходит?
– Ты не готов услышать это, – ответила я и хотела вырваться из его рук, которые всё ещё продолжали меня держать, но не вышло.
– Говори, – произнёс парень.
– Уён мне не безразличен.
– Он тебе нравится?
– Это больше, чем просто симпатия, – призналась я.
– Ты шутишь? – Сан усмехнулся, но в его глазах промелькнул страх.
– Нет.
– Это неправда. Ты просто хочешь наказать меня. Ты специально это говоришь.
– Сан, я серьёзно.
– Нет, замолчи, – он вновь стиснул меня в своих объятиях, повторяя, словно в бреду.