— Надеюсь, ему удалось расшифровать тайну Главного Противопожарного Вместилища, — ответила Вайолет и постучала канделябром у себя под ногами. — Осторожно, Куигли. Лёд здесь тонкий. Лучше обойти это место.
— На пути вниз лёд вообще стал тоньше, — заметил Куигли.
— Неудивительно, — сказала Вайолет. — Ведь мы его исковыряли вилками. Когда придёт Фальшивая Весна, этот склон наполовину растает.
— Надеюсь, что, когда придёт фальшивая Весна, мы уже будем на пути к последнему убежищу, — отозвался Куигли.
— И я надеюсь, — прошептала Вайолет, и они не произнесли больше ни слова, пока не добрались до подножия водопада и не перебрались по льду туда, где стоял Клаус, освещая им путь своим фонариком.
— Рад, что вы целы, — сказал Клаус, взмахнув фонариком в сторону руин столовой. — Мне показалось, что лезть вам было очень скользко. Холодает, но можно устроиться за входом в библиотеку — ветра там почти нет.
Однако Вайолет настолько не терпелось рассказать брату о том, что они обнаружили наверху, что она не стала ждать.
— Там Солнышко! — сообщила она. — Солнышко наверху. Это она нам сигналила.
— Солнышко? — обрадовался Клаус, и глаза у него стали круглые, а улыбка — широкая. — Как она туда попала? У неё всё хорошо? Почему вы не взяли её с собой?
— У неё всё хорошо, — заверила его Вайолет. — Она в плену у Графа Олафа, но у неё всё хорошо.
— Он её не обижает? — встревожился Клаус.
Вайолет помотала головой.
— Нет, — ответила она. — Только заставил её заниматься готовкой и уборкой.
— Но она же совсем младенец! — ужаснулся Клаус.
— Уже нет, — сказала Вайолет. — Мы с тобой, Клаус, даже не заметили, как она выросла. Разумеется, для того чтобы делать всю грязную работу, она ещё мала, но из-за всех наших несчастий она перестала быть младенцем.
— Подслушивать она уже может, — подтвердил Куигли. — Она уже разузнала, кто сжёг штаб Г. П. В.
— Это два ужасных человека, мужчина и женщина, от которых исходит зловещая аура, — объяснила Вайолет. — Их даже Граф Олаф побаивается.
— А что они все делают там, наверху? — спросил Клаус.
— У них там злодейский съезд, — ответил Куигли. — Мы слышали, как они говорили про план по новобранцам и какую-то сеть.
— Как-то это неприятно звучит, — заметил Клаус.
— Больше того, Клаус, Граф Олаф заполучил дело Сникета и что-то знает про местоположение последнего тайного убежища, где ещё может собираться Г. П. В. Потому-то Солнышко и осталась наверху. Если она подслушает, где это убежище, мы поймём, куда отправиться, чтобы встретиться с оставшимися волонтёрами.
— Надеюсь, у неё всё получится, — кивнул Клаус. — А иначе то, что мне удалось выяснить, окажется бесполезным.
— А что ты выяснил? — спросил Куигли.
— Сейчас покажу, — ответил Клаус и повёл всех в бывшую библиотеку, где Вайолет сразу заметила следы его работы. Тёмно-синяя записная книжка была раскрыта, и несколько страниц в ней сплошь покрывали записи. Рядом лежало несколько обгоревших клочков бумаги, придавленных закопчённой чашкой, которая служила Клаусу пресс-папье, и было аккуратным полукругом выставлено всё содержимое холодильника: баночка горчицы, миска оливок, три банки варенья и большой пучок петрушки. Бутылка лимонного соку и одинокий корнишон в большой стеклянной банке виднелись в стороне.
— Это исследование — одно из самых трудных в моей жизни, — сказал Клаус, присаживаясь возле записной книжки. — Юридическая библиотека судьи Штраус была совсем непонятная, а грамматическая библиотека Тёти Жозефины — скучная, но со сгоревшей библиотекой Г. П. В. дела обстоят куда сложнее. Даже если бы я знал, какую именно книгу искать, вероятно, от неё остался один пепел.
— А нашёл ли ты что-нибудь о Главном Противопожарном Вместилище? — спросил Куигли, устраиваясь рядом.
— Сначала ничего не выходило, — начал рассказывать Клаус. — Клочок бумаги, который вывел нас на холодильник, был погребён под огромной грудой пепла, и у меня ушло много времени на то, чтобы её переворошить. Но в конце концов я нашёл одну страничку вроде бы из той же книги. — Он взял записную книжку и поднял фонарик, чтобы посветить на страницы. — Бумага была такая ветхая, — продолжал он, — что я сразу же переписал все слова в мою записную книжку. Они кое-что объясняют.
— Прочти, — попросила Вайолет, и Клаус подчинился ей, что здесь означает «ответил согласием на просьбу Вайолет и прочитал вслух весьма сложный отрывок, попутно объясняя, что прочитанное означает».
— «Главное Противопожарное Вместилище, — прочёл он, — предназначено для передачи экстренных сообщений посредством набора эзотерических продуктов в холодильнике. Волонтёры понимают, когда шифр задействован, по наличию во Вместилище Громадного Пет…» — Клаус поднял голову от книжки. — Тут предложение обрывается, однако я предполагаю, что «Громадный Пет…» — это начало словосочетания «Громадный Петрушечный Веник». Если в холодильнике находится Громадный Петрушечный Веник, значит, там зашифровано какое-то сообщение.