Скажете, что это глупо – сидеть под носом у стражи? Ну, это еще как сказать. Например, останавливаться в пригороде куда более опасно: там, на тихих улочках, знают в мельчайших подробностях все, что происходит у соседей, и уж тем более не забудут обсудить появление двух незнакомцев, снявших комнатенку у кого-либо из местных обитателей. Ну, а то, что знает вся улица, в самое ближайшее время становится известно и страже. Нет уж, куда вернее и надежней можно укрыться в шумном городе, там, где полно народа, мельтешение лиц, и где до тебя частенько никому нет никакого дела, и вряд ли хоть какому-то здравомыслящему человеку придет в голову искать нас возле Судебной площади. К тому же, разыскивая нас, стража (да и того самого ловца тоже не следовало скидывать со счетов) наверняка проверит все постоялые дворы, а потом и пригороды, посчитав, что беглые предпочтут затаиться в тихом и малолюдном местечке. Ну-ну...
Для начала мы оставили наших лошадей на одном из постоялых дворов: вести их с собой не стоит, потому как далеко не в каждом частном доме есть конюшня, и к тому же мы должны были изображать из себя провинциалов, которые прибыли в столицу с дорожной каретой. Ну, а после того, как лошади были пристроены, Крис направился к Судебной площади, мне же только и оставалось, что идти рядом, целиком положившись на него.
Я знала столицу лишь по рассказам отца и мачехи, но Крис, в отличие от меня, прекрасно ориентировался в переплетениях здешних улиц. Вечерело, погода была замечательная, народу на улицах хватало, и никто не обращал внимания на двух небогато одетых провинциалов – приезжих тут все одно полным-полно. К тому же Крис шел не по главным улицам, а переулками и проходными дворами, там, где обычно ходят работяги. Надо сказать, что идти нам пришлось довольно долго – все верно, это же столица, большой город, а не поселок, который за четверть часа можно преодолеть прогулочным шагом.
Уже темнело, и мне вдруг непонятно отчего вспомнилось, как я ночью убегала из тюрьмы в Тароне, сбиваясь с пути, и не зная, куда идти дальше... Тьфу ты, пока что все воспоминания о той ночной прогулке лучше выбросить из головы!
К счастью, до нужного нам места мы добрались до наступления полной темноты. Отчего Крис решил пойти именно в этот дом? Как сказал мой спутник, еще в то время, когда он жил в столице, наслаждаясь беззаботным и безбедным существованием, родственники одного из его приятелей останавливались в доме на одной из тех улочек, что ведут на Судебную площадь. По словам тех людей, хозяйку интересовало только одно – чтоб постояльцы точно и в срок платили за проживание, а остальным она заботилась постольку – поскольку, и в чужие дела особо не лезла. Сам Крис в том доме никогда не был, но видел издали, как туда заходил приятель, чтоб навестить родню. Те давние воспоминания со временем почти забылись, однако в нужный момент всплыли в памяти как нельзя кстати.
На стук в дверь хозяйка – дама преклонных лет, вышла не сразу, и нам пришлось долго и бестолково объяснять ей, что, мол, мы приехали в столицу хлопотать по своим делам, только вот в таком большом городе оказались впервые, долго плутали по улицам, а потом выяснилось, что уже поздно и в присутственных местах все закрыто, служащие разошлись по домам... Теперь на постоялый двор идти опасаемся, да и не знаем, где он находится, а завтра с утра хотелось бы сразу же пойти по делам, так что сейчас ищем место, где можно переночевать. К тому же, если рассмотрение нашего дела затянется, то придется задержаться в столице не на один день, так что хотелось бы не беспокоиться хотя бы насчет проживания...