– А вам не кажется, что несколько мужчин, что сидят неподалеку от входа в храм, не сводят с нас глаз?.. – внезапно спросил Крис. – Только не оборачивайтесь, а не то они враз поймут, что мы их заметили...
Не меняя выражения лица, я немного сменила позу и скосила глаза назад. Точно: четверо крепких мужчин находятся неподалеку от входа в храм. Вроде и одежда обычная, и лица ничем не примечательные, но, тем не менее, в этих людях было что-то общее. Возможно, в любое другое время я бы не обратила на них особого внимания, но сейчас невольно отметила про себя, что у них уж слишком внимательный взгляд для молящихся, на лицах благостности маловато, да и сидят эти люди по двое с каждой стороны от главного прохода. Не знаю, по какой причине, но четверо мужчин словно выделялись из числа немногочисленных прихожан. Тут даже мне понятно: стоит нам подойти к выходу, как эти люди встанут со своих мест и направятся вслед за нами, так что из храма мы выйдем, словно под конвоем, причем двое пойдут впереди, а двое сзади, не позволяя нам сделать хоть шаг в сторону. Возьмут нас, словно в клещи, и уйти от этих людей мы вряд ли сумеем. Можно сказать только одно: мы, кажется, попались...
– Давно ты их заметил?.. – поинтересовалась я у Криса, удивляясь собственному спокойствию.
– Минут десять назад, или чуть меньше. Вначале не обратил внимания – мало ли кто приходит в храм!, но сейчас все больше убеждаюсь, что они заявились по наши души.
Интересно, кто это – стражники, или люди ди Роминели? Вообще-то я склоняюсь ко второму варианту. Единственное, что радует – здесь, в храме, нас вряд ли будут задерживать. Почему? Прежде всего, подобное запрещено, но если эти люди все же попытаются это сделать, то вряд ли задержание пройдет тихо, мирно, без скандала и драки, то бишь наверняка привлечет к себе немалое внимание, и слухи о произошедшем пойдут гулять по столице. Кроме того, по закону каждый, кого задерживают в церковных стенах, однозначно попадает под юрисдикцию церковных властей, которые вряд ли отдадут задержанных хоть кому-либо без должного расследования и решения церковного суда. Конечно, архиепископ Петто может поспособствовать тому, чтоб нас долго не держали в церковной тюрьме, но все одно на это уйдет какое-то время, и к тому же может привлечь к себе излишнее внимание светских властей, а семейке ди Роминели лишний шум точно не нужен – эти люди привыкли втихую обтяпывать свои дела. Вывод может быть только один: нас схватят сразу же, как только мы пересечем порог храма.
Итак, нас все же выследили... Хотя что меня удивляет? Чего-то подобного нам следовало ожидать уже давно, и просто удивительно, что мы еще на свободе, ведь и без того суемся куда можно, и куда нельзя, а в последнее время и вовсе стали слишком беспечны. Мой бывший свекор ясно дал понять графу де Линей, что раз тот не боится разорения, значит, дарственной уже нет, а передать ее графу могли только мы, и почти наверняка эта связь между ним и нами поддерживается и сейчас. Вполне естественно, что Лудо Мадор приказал своим людям проследить за господином де Линей в надежде на то, что тот выведет их на беглых каторжников, то есть на нас. Да и случайная встреча с Поланом тут явно сыграла свою роль, и подтолкнула мысли господина ди Роминели в нужном направлении. Лудо Мадор должен знать, что здешний настоятель – близкий родственник графа де Линей, а надежных мест для встреч у беглецов не может быть много, и храм для этого подходит как нельзя лучше. Вообще-то мы и сами во многом виноваты – надо было еще при прошлой встрече с графом сообразить, что нас тут могут искать, и заранее договориться о будущих встречах в ином месте, а мы понадеялись на привычное «авось»... Ладно, не стоит понапрасну себя ругать, надо выпутываться из очередной передряги.
Впрочем, мне и без слов было понятно, что точно такие же мысли были и у Криса, да и граф де Линей вовсе не собирался в отчаянии хвататься за сердце и взывать к Небесам. Мы больше не стали вести долгих разговоров – и без того с ними затянули куда дольше, чем нужно. Зато теперь буквально за несколько минут обсудили все необходимое, после чего граф неторопливо направился к выходу. Как мы и думали, задерживать его никто не стал, и граф спокойно покинул храм. Все верно: господин де Линей этим людям не нужен, да и вряд ли кто-то дерзнет напасть на законопослушного человека, аристократа древнего рода, ведь он ни от кого не прячется, ни в чем противозаконном не замечен, и к тому же хорошо известно, где живет этот высокородный господин, и где его можно найти в случае необходимости...