И не случайным был прозвучавший вопрос:
– Ты любишь меня, Ана?
Она ответила сразу и не отводя взгляда:
– С самого первого момента, когда увидела идущим по улице в Аре.
Это была правда. Но Ана ни секунды не сомневалась, что убежала бы от него к другому. Если бы только тот, другой, был жив!
Почему самое главное становится ясным слишком поздно? Когда даже сожалеть не имеет больше смысла? Нужно было слушать свое сердце и верить в силу чувств Бэя. В то, что солнце в его глазах не перестанет светить, даже когда он узнает о ней много неприятных вещей. Доверить ему свои тайны и остаться на Земле. Быть рядом, пусть недолго, до тех пор, пока чужой мир не превратил бы ее, как русалочку, в морскую пену... Но БЫТЬ с ним!
Потому что Бэй... был больше, чем просто Любовь.
Он был дыханием. Солнцем в глазах…
И, словно Ларс читал ее мысли, прозвучало:
– Но его ты любила больше.
Ана попыталась отвернуться.
– Зачем ты об этом?
– Потому что мы все время молчим о нем, он остается между нами почти зримой тенью, – быстро заговорил Наследник, торопясь высказать то, что накопилось, наболело и больше не умещалось внутри. – Я долго думал, когда совершил ошибку – тот мужчина не должен был случиться, нам предначертано быть вместе. Я совершил ее не в Голландии. Нет. В Бангкоке, когда испугался, впервые увидев у тебя на спине знаки. Моя трусость привела к тому, что нам приходится теперь проходить через такое испытание...
Ларс привлек Ану к себе, обнял, прижимаясь всем телом.
Какое-то время ночь шелестела им свои нежные песни.
– Разве есть смысл говорить об этом? – наконец сказала девушка. – Если бы мы были вместе с Бангкока, ты выбрал бы Кайру и оставил меня жить в имении Мелины любовницей.
– Я буду хорошим мужем, Ана.
– Ты будешь хорошим Королем.
– И хорошим мужем, – повторил Ларс. – Если ты не можешь забыть того, другого, я наполню твою жизнь новыми, драгоценными воспоминаниями.
– Как, например, о тыкве, которую ты перекатывал через улицу? – улыбнулась Ана.
– Или тем, что ревущие дюны – не лучшее место для поцелуев.
Какой бывает благодарность?
До Второй луны…
6. Бэй
– Ты расспрашивал Шена о той ночи, когда мы тебя нашли... – Звезда поднялась с лавки, поправляя одежду и оружие на поясе. Бэй в последний раз осматривал дом, в котором вернулся к жизни месяц назад.
За окном уже светлело, и группа контрабандистов готовилась отправиться в дорогу, чтобы отвезти свой товар разным скупщикам. Поцелованный впервые отправлялся вместе с ними, чтобы познакомиться со связными. Но только Тара знала, что на самом деле он собирался исчезнуть в столице Рассветных, где будет легко затеряться в толпе народа, съехавшегося на праздник Первых дождей. Звезда напросилась проводить его до города. Бэй не смог отказать. Трудно отказать тому, кому обязан жизнью дважды.
– Да, я услышал, что оказался не один в ту ночь в Ущелье, и мне было интересно узнать, что стало с другими людьми. – Кобейн поднял с пола сумку с вещами. – Тем более что девушка, которая находилась там, была известна в селении.
Сказал очень спокойно. На самом деле эта новость разорвала его в клочья не хуже гранаты. Теперь он знал, что Ана не только раньше жила в поселке Кима, она стояла в нескольких метрах от него в Ущелье!
Все началось с дурацкой детской книжки. Ее держала в руках девочка в поселке и так забавно пучила глаза, читая сказку копошившимся у ее ног близнецам Дервиша, что возвращавшийся из Ущелья Бэй остановился, махнув Таре, чтобы не ждала, и стал наблюдать за детьми издалека. Выражение лица чтицы напомнило ему Ану. В последний день в Пальме Тайна вдруг заговорила о какой-то глупой лягушке... И глаза свои серые, бездонные округляла... Совсем как девочка перед ним, рассказывая о пучеглазой Пипе – такой наивной и глупой, что ее съела цапля.
Проходившая мимо повариха Синда рассмеялась и бросила своей спутнице:
– Лия твоя так на Ану, подружку Гаи, похожа.
Бэй не помнил, как навис над перепуганной поварихой, перегородив собой дорогу.
– Ты что, Поцелованный? Бедовый какой...