Руки Риа скользят по участкам моего тела, незамотанным бинтами. Изучают, оценивают, даже то, что приличной девушке трогать не стоит. Тело предательски реагирует на ласки. Сиделка смеется и прижимается крепче.
– Пока еще рано. Ты слишком слабый. Но все равно никуда от меня не денешься. Спать мы будем вместе, – шепчет. Может у нее что-то не в порядке с голосом? Ни одного слова вслух пока так и не сказала.
Утром Риа кормит меня из ложечки, прижав мою голову к своей шикарной груди. Кормежка заканчивается, начинается пытка. Садится сверху. Блин! Никакая она не профессионалка! Девственница. С ходу у нее ничего не получилось. Однако девушка не сдается, пытается снова и снова. Упорная. И не столкнуть мне ее, руки, замотанные бинтами, все еще болят, но я все равно пытаюсь. Девушка обиженно шипит.
– Привяжу руки к кровати, – угрожает она.
Мне становится смешно. Наконец у нее получилось, она всхлипнула и расслабилась, внизу живота стало мокро, запахло кровью. Я обхватываю ее забинтованными руками и крепко прижимаю. Пусть терпит, сама напросилась!
Изучаю тело сиделки. Жаль, что пока не могу ее видеть. В качестве инструмента для исследования использую нос и губы. Обследована каждая складочка тела. Рот, шея, спина, живот, ягодицы. Запас времени у меня неограниченный. Риа послушно переворачивается с боку на бок. Выяснил, что соски груди и шея у нее самое чувствительное место. Ноги сжимает – стыдится. Впрочем, девушка своего добилась – приручила меня. Теперь нехотя позволяет себя ласкать, словно это не она, а я добивался ее столько времени. Но как только делаю вид, что мне надоело, в Риа сразу просыпается темперамент и нежность, в результате все кончается очередным бурным сексом.
Уже шестой или седьмой день с короткими перерывами на сон и еду занимаемся постельными ласками, и ведь не надоедает ей! Мне, впрочем, тоже. Пару раз приходила врачиха, за пять минут до прихода целительницы сиделка успевает исчезнуть, словно и не было ее. Целительница сняла повязки с рук и груди. Теперь замотанными остались только глаза. Ласкать Риа руками намного удобней. Аура девушки стала существенно ярче, магическую силу можно передавать через прикосновения. Теперь я смогу без труда с закрытыми глазами узнать ее по ауре. Впрочем, даже по запаху смогу узнать, как собака.
Когда Риа ненадолго уходит, становится не-уютно, словно теряется кусочек привычного окружающего мира. Даже без всякого серебристого облачка остро ощущаю ее эмоции, последнее время Риа почему-то грустная и ведет себя странно, так, словно пытается отдать себя всю без остатка. Я уже настолько к ней привык за несколько дней, что, когда ее нет рядом, в этом что-то неправильное. Чувствую, она ощущает то же самое. Неужели любая женщина может так легко привязать к себе мужчину? Или это только я такой дефектный? Но однажды после отлучки она так и не вернулась – просто исчезла. А вечером мне сняли повязки с глаз. На мой вопрос, куда делась Риа, целительница пожала плечами.
– Она была добровольной сиделкой. Ни перед кем не отчитывалась и никому не подчинялась, мы ей не платили. Я сказала, что ты здоров, и она ушла. Ты полностью восстановил свои силы и больше не нуждаешься в посторонней помощи. Ты абсолютно свободен.
Я так ни разу и не увидел лица Риа, на душе почему-то стало тоскливо и обидно.
Хм… Свободен, как же… На выходе из госпиталя меня встречает пара амбалов в форме гвардейцев. Еще несколько магов и чистильщиков грамотно страхуют встречающих. Мои вещи в больнице мне вернули, а вот оружие отдать забыли. Помнится, змейка что-то говорила про то, что я могу и без пистолета стрелять. Ставлю защитный купол. Правильней будет сначала выяснить, что им надо, а там уж действовать по обстоятельствам…
– Сэр, с вами хотел поговорить один человек, – один из амбалов вежливо поклонился.
– Прошу прощения, господа, мне некогда, я спешу, – с деланым сожалением развожу руки.
– О, не беспокойтесь, это не отнимет много времени, здесь совсем недалеко. Всего пара вопросов. Мы потом подвезем вас, куда скажете.
– Ладно, – пожимаю плечами, – идемте, если недолго.
Мы зашли в соседнее здание, здесь явно вотчина мелких городских чиновников. Охраны нет. Маленький серенький кабинет в конце коридора, в кабинете неприметный человек среднего роста, в типичном для мелких клерков костюмчике. Два моих сопровождающих остались за дверью.
– Садитесь, – чиновник махнул рукой в сторону кресла, – как мне следует к вам обращаться? – Мужчина внимательно на меня уставился.