— Почти приехали, говоришь, — повторил я слова Вершка, который несколькими минутами ранее уточнил мне наше местоположение.
— Ну, да, — расстроенно выдохнул он.
— Чё думаешь? — спросил я его, глядя на то, как бутылка покатилась, ударилась о стальной прут, но не разбилась, а со звоном отскочила назад.
— А, что тут думать, — не меняя интонации, ответил Зиган. — По-ходу конец тебе.
— Может, попробуем? — предложил я. — Ведь и не из такого дерьма выбирались.
— Не-е-е, — протянул маг. — Такого у нас ещё не было, и боюсь, что уже не будет.
— Ну, а всё-таки, чего нам уже терять? — поганое, вложенное в каждого человека при рождении, желание жить заставляло меня унижаться и просить Вершка о помощи.
— Дружище, — как мне показалось невпопад, ляпнул Зиган.
— Чего? — переспросил я.
— Ты забыл добавить "дружище". "Чего нам уже терять, дружище?" — вот так должна была звучать твоя фраза. — Пояснил он мне.
— Подъёб засчитан, — вспомнив наш разговор на месте гибели Епископа Ахая. — Но, сейчас он не к месту.
— К месту. Ещё как к месту, — в голосе Вершка послышались нотки злости. — Значит, когда у тебя всё хорошо, когда тебя командующим назначили, и родовые имения с Землями пообещали, так я тебе не друг. А когда ты в дерьме тонешь, так обо мне вспомнил, да?
— Ты, пропитая рожа, — рыкнул я на него. — Вспомни, с чего всё началось. Кто мне на моё место указал, когда мы из Год-Форса вышли, а? Или что, избирательно сейчас ситуации вспоминать будешь?
— Иди ты к бесам, — фыркнул Зиган. — Сам вот-вот сдохнешь, и меня за собой утянуть хочешь. А я не хочу подыхать, понимаешь? Не хочу. Да, мне тебя жалко, но помирать с тобой "за компанию" я не готов.
— Скотина ты, а не друг, — обречённо произнёс я, и отшвырнул от себя надоедливую бутылку, которая уже в десятый раз подкатилась к моей ноге. Стеклянный сосуд закрутился волчком, ударился о толстый прут, и со звоном разлетелся на части.
— Ну, уж какой есть, — сказал на это Вершок, и ненадолго замолчал. — Знаешь, когда я переберусь на юг, в свои имения, и возьмусь за виноделие, то, самое дешёвое, самоё поганое из своих вин назову в твою честь. В местных кабаках и тавернах, мужики будут вусмерть ужираться "Крысоловом" проклиная поутру твоё имя.
— Ах, ты ж сука продажная! — воскликнул я, вскакивая на ноги. — Вот, значит, на что ты меня променял, да?
Он молча сидел на козлах, даже не думая оборачиваться в мою сторону. Я же, просунув руку в стянутую цепями клетку, пытался дотянуться до него. Мне не хватало всего пары дюймов, и хруст стекла под ногами подал мне идею. Поднял с пола часть разбитой бутылки, ухватил её за горлышко, и примерился — достану.
— Эй ты, скотина, — обратился я к Зигану. — Посмотри мне в глаза.
Он обернулся, а я, как можно сильнее прижавшись к прутьям клетки, ударил стеклом в лицо. Острая, полукруглая часть разбитой бутылки, вонзилась Вершку в правую щёку и скулу. Вспорола их до костей, и обломилась. Рука чуть дёрнулась вперёд, и я рассёк Зигану кончик носа и верхнюю губу.
— Ай, сука! — взревел он, дёрнулся в сторону, и зажал ладонями кровоточащие раны.
Крик Вершка привлёк внимание Магистра и его свиты. Они развернули коней, и подъехали к нам. Лошади, запряжённые в телегу, остановились. Магистр посмотрел на меня, на осколок бутылки в моей руке, а затем на визжащего, залитого кровью Вершка.
— Алаш, — обратился Магистр к одному из своих магов. — Помоги этому идиоту.
— Какому из двоих? — найдя время для шуток, усмехнулся Беглый Визирь.
— Новоиспечённому красавчику с перекроенной мордой, — немного улыбнувшись, ответил Магистр. — Даст, забери у Кайса стекло, и займи место Зигана. Едем!
Стекло, что было у меня в руку, и то, что оставалось на полу, затрещало и начало рассыпаться в прах. Какой-то тряпкой, Окаянный вытер в лавки возничего кровь, уселся на неё, и хлестнул лошадей поводьями.
— Я сожгу эту падаль! — кричал Вершок, стоя на обочине. Он вырывался из рук Беглого Визиря, который уже остановил кровь, а теперь пытался ровно слепить рассечённые куски плоти. — Выпущу кишки, скормлю их ему, а потом сожгу!
— Смотри, сам не сгори в утробе бесов! — заорал я в ответ.
— Зря ты так, — спокойно, словно ничего не произошло, сказал мне Даст. — Он один пытался уговорить Магистра отпустить тебя.
— И, что, получилось? — сыиронизировал я.
— Как видишь, — ответил маг.
— Я-то вижу. Я всё вижу. И ты тоже смотри внимательнее…
— А то что? — осёк меня Окаянный. — Вытащишь из задницы бутылку, и ударишь меня по голове?