— Предлагаю сегодня же выдвинуться двумя группами сюда, — я показываю на карте, — и сюда, для того чтобы понаблюдать за тем, как фрицы будут готовиться.
— Люди устали, — вздыхает товарищ Андрей.
— Ну я могу пойти с Варенькой, — предлагаю ему. — Она с винтовкой потренируется, я просто поглазею…
— Тогда надо с вами кого… — глупость командир не демонстрирует, что внушается кое-какие надежды. — Дядьку Михайло возьмешь!
— Возьму, конечно, — пожимаю я плечами.
Интересное кино. Или нет больше никого, чего не может быть, или доверяют мне не полностью, что вполне возможно. Но в любом случае возьму с собой Вареньку, хотя это глупость с любой точки зрения, и вместе подумаем. Просто свербит предчувствие — надо брать с собой мою любимую девочку, и все. «Чуйка» — зверь такой, лучше б ей доверять. Будем доверять, куда деваться.
Значит, согласовываемся, а я пока думаю. Варя у меня точно выспалась, так что в сон ее тянуть не будет. Тихо и спокойно все обсудим, что-нибудь да и придумается, а пока… Пока готовимся на выход, ибо сменят нас только утром. Вот только что-то подсказывает мне, что утра ждать не придется, та же «чуйка», похоже. Хотя, может, это просто ожидание следующих фантастических приключений, ведь не зря же Варенька попросила винтовку?
Выхожу из штабной землянки, понимая, как мне все осто… утомило меня все это. Может, потому что на жизнь происходящее не похоже, а может, просто двенадцатилетнее тело к постоянному бою не приспособлено. Хотя, если вспомнить «Молодую гвардию»… Ладно, потом вспоминать буду, сейчас надо собрать Вареньку и меня. Еды положить и плащ-палатки со склада, там есть. Нам на холодной земле долго лежать, а если ее сложить правильно, то вполне ничего будет.
— Варенька, бери винтовку свою, — прошу я ее, думая о диоптрическом прицеле, который видел на складе. — Пойдем соберемся.
— А куда? — сразу же интересуется моя любимая.
— На фрицев глазеть, — вздыхаю я, на что она сразу же начинает улыбаться.
— Хорошо, милый, — кивает Варенька, и через пять минут она уже готова, ну, по ее мнению. Нам-то еще нужно собрать сидоры.
Этим я, кстати, и занимаюсь. Припасы собрать, патроны, которых много не бывает, гранаты еще просто на всякий случай. Что еще? Плащ-палатки — это не здесь. Я проверяю еще раз, не забыли ли чего, прикидываю оба сидора в руке и показываю Вареньке направление. Дядьку Михайло сейчас возьмем с собой, может, еще кого и потопаем к дороге. Вот, кстати, и он.
— Дядька Михайло! — зову я, подходя поближе. — Товарищ Андрей сказал вас с собой взять.
— Знаю уже, — кивает он. — Вот, накидки вам со склада взял.
— Спасибо, — благодарю его я, подвязывая снаряжение.
Нет, с одной стороны, мысли у нас могут сходиться, а у него опыт все-таки, с другой — как-то все наиграно. Вот четкое ощущение фальши просто не отпускает, при этом понимаешь, что фальшь не с актерами связана, а с сюжетом. В общем, чувствую себя героем мультфильма. Ладно, надо идти…
Глава девятая
Зачем я попросила винтовку, не знаю. Просто возникло ощущение, что она мне очень нужна. И вот теперь Сережа меня берет с собой на фрицев смотреть, как он сказал. А я чувствую, что близится какой-то очень важный момент. Не зря же старушка во сне сказала, что я задерживаюсь?
Я устала от этой войны. Не знаю, насколько она правильная, но по объяснениям любимого то, что мы здесь наблюдаем, просто не может быть. Война — это тяжелая кровавая работа, а здесь все как на прогулку вышли. Не бывает такого, по мнению Сережи. Если так посмотреть — он прав, группы уходят, приходят, их встречают радостно, но как-то это рутинно, что ли. И, главное, нет раненых, как будто никто в них не стреляет. Но если «рельсовая война», а учитывая, что заканчивается август, то именно она и идет, тогда такого быть не может. Не может быть, чтобы партизаны пускали под откос поезда, а по ним не стреляли, просто по теории вероятностей. Так мне этот момент объясняет Сережа, и я ему верю: он профессионал.
Мы идем долго, очень долго. Тяжелая винтовка бьет по заднице при каждом шаге, пока это не замечает мой… получается, уже жених и не поправляет ремень так, чтобы оружие меня не лупило, потому что задница уже болит от этого. Я только благодарю милого и иду дальше, недоумевая, зачем мне это было надо. С Сережей я, конечно, куда угодно пойду, но ведь это не игра…