— Здесь есть люди из Скорой? — уточнила Глафира.
— Сама определи.
— Дор! Что за фигня? Мы разве не в одной лодке? — не повышая громкости голоса, возмущенно спросила Глафира.
— Сейчас пока в одной, но кто сказал, что в следующий раз ты не окажешься в ней одна? Ты же хотела попасть в число лучших! Ты — не одна из 12 теперь. Ты просто первая. Номер один, так сказать!
— Хорошо! Но ты обещал, что я буду в паре с Викентием, а не одна мотаться по свету!
— А я и не обманул, — показывая рукой на стоящего вдали единственного белого, улыбаясь, ответил Дорофей. — Только! Одно условие: никакого секса с ним, и ты — моя невеста.
— Это два условия, через союз «и», не находишь?
— Значит, два. Если ты не согласна, то мы… — Дорофей остановился, остановив и Глафиру, — … то мы поворачиваем прямо сейчас направо и идем не к нему, а в сторону, и ты работаешь всегда одна!
— Ты, значит, решаешь, с кем я и как работаю?! — с вызовом спросила Глафира.
— А главное решаю, с кем ты живешь, дорогая!
— А кто дал тебе такие полномочия, дорогой мой!? — язвительно поинтересовалась Глафира.
— Твое прошлое! Откроешь сердце — отпущу на все четыре стороны, хоть к Викентию, хоть к Фернандо, хоть на край света! Ты не имеешь права работать в Скорой с незакрытой программой самоуничтожения! Ты вообще должна быть пожизненно лишена лицензии! И только благодаря мне этого еще не произошло! — Да нет в моем прошлом ничего ужасного! Мелочи! — не совсем понимая, почему это так важно, нахмурилась Глафира.
— Так и расскажи мне мелочи свои! — потребовал Дорофей.
— Мы так и будем стоять между всеми этими людьми, а они нас ждать? — не понимая смысла этого спектакля, спросила Глафира.
— Да! Это мои давние друзья! Они подождут! — язвительно улыбнулся Дорофей.
Минуту Глафира соображала.
— Пойдем, — решила она и направилась вперед, к ждущему Викентию.
— Под руку меня бери! — скомандовал Дорофей.
Глафира подчинилась.
— Представляю тебе, — обратился Дорофей к Викентию, когда они с ним поравнялись. — Это моя невеста. Моя! Вы общаетесь только по работе.
Викентий промолчал.
— Я поняла про себя, а его-то ты как сюда притащил? — спросила Глафира, смотря на Викентия, который пристально смотрел на нее.
— У него тоже есть прошлое. И оно, уверяю тебя, сильно хуже твоего. Вперед! — скомандовал Дорофей.
Все трое продолжили путь. Один человек шел впереди, указывая дорогу, и около десяти человек местных плюс к собственной охране Дорофея шли позади прибывших.
Вошли в достаточно богатый дом.
— Член правительства? — мысленно спросила Глафира.
— Да, — ответил Дорофей.
После этого ответа Глафиру накрыла волна идеального спокойствия, будто не работать пришла, а в гости — отдохнуть и развлекаться.
Кто-то из обслуживающего персонала провел их в зал для приемов и попросил подождать.
— Три женщины из семи в доме замышляют что-то против себя и хозяина этого дома. Так? — спросила мысленно Глафира.
— Так! — подтвердил Дорофей.
— И мальчишка лет 15, — продолжил Викентий.
— Точно так! — мысленно отозвался Дорофей. — Ты занимаешься мальчишкой, Глафира — женщинами, я общаюсь с хозяином.
— А какая хоть легенда у нас здесь? — мысленно поинтересовалась Глафира и, осознав все, замолчала.
Викентий излучал уверенность справиться с любым заданием.
— Здесь нет никого, кого надо спасать! — гневно произнесла Глафира. — Нас хотят подставить, чтобы мы указали хозяину на неверных, и он их сам ликвидирует, как опасных. А на их место придут новые, лояльные к тому, кто нас сюда позвал. И это он — твой друг! Ты говорил, что только суицидники, и никого ты моими руками убирать не будешь! Ты обещал!
Глафира посмотрела на Дорофея.
— Все пройдет гладко, не переживай! Так нужно!
— Лучше расстреляй! — отозвалась Глафира.
— Вот поэтому надо избавляться от программы самоуничтожения. Эта фраза явно сигнализирует о ее наличии.
Глафира промолчала.
— Это что? Окончательное твое решение? Ты понимаешь, что после этого отказа ты не выйдешь из этого дома никогда? А ты? — спросил вслух Дорофей, без всякой конспирации, Викентия.
— Я подумаю, — ответил Викентий.
— Вот и уговори свою напарницу не дурить! Иначе я вас обоих здесь сгною! Заприте их! — скомандовал громко и по-русски Дорофей.
Два высоких чернокожих амбала вошли в комнату и, взяв за руку и Глафиру, и Викентия, отвели в пустую комнату с двумя кроватями и закрыли.