— Включай обратно, — прокомментировала Глафира. — Я все поняла. Спасибо!
— Пока мы тебя искали, мы с Викентием провели полное сканирование всех людей из Скорой, с кем ты взаимодействовала как работник Скорой с самого первого дня. И нашли двоих, которые почему-то неровно к тебе дышат. Уровень агрессии по отношению к тебе зашкаливал. Вроде бы не было видно между ними никакой связи, но оказалось, они, заметая следы, ее тщательно скрывали.
Мужчина был внуком богатого деда, а женщина — любовницей этого внука в те времена, когда они пытались свести деда с ума. На их беду рядом оказалась ты. Они просили тебя не вмешиваться в жизнь деда, угрожали тебе, но ты осталась непреклонна и спасла деда от самоубийства.
А дед протянул еще достаточно долго и отдал свое большое состояние доброй и разумной внучке. Через время и внучку они оба смогли обработать, и та была готова наглотаться таблеток, но вспомнила о тебе и, пообщавшись с тобой, осталась жива. А потом в мгновение ока раздала все состояние деда на благотворительность: в хосписы, монастыри и бездомным.
Двоюродный брат пришел в ярость и решил отомстить сначала ей, а потом тебе. Сестренку он заказал, а тебя вот таким образом хотел сначала подставить в профессиональном плане, а потом и укокошить совсем!
— Зачем ему состояние деда, если в Скорой он может заработать любое состояние, было бы желание?
— Как сказал Викентий, у него не получалось качественно работать. Очень большой процент отказов, и в связи с этим клиенты только на 50–100 баллов максимум, да и вытащить-то их он мог только в редких случаях, поэтому количество одобренных ему заявок непреклонно падало. Денег становилось все меньше и меньше.
— Как он добрался до меня в аэропорту?
— О! А вот это уже самый интересный момент! Он организовал Ольгу на твою крышу, не сомневаясь, что у тебя получится ее спасти, за чем последовал твой развод. А обиженный мужчина иногда — это граната, а тупой обиженный мужчина — это обезьяна с гранатой. Он взял Олега в оборот и уговорил его отомстить тебе. 10 лет супружеской связи не проходят ведь даром. Забравшись в разум Олега под гипнозом, он от его имени смог приблизиться к тебе так, что ты и не заметила чужого рядом.
— А есть его фото? — поинтересовалась Глафира.
— Да, конечно! — Александр включил планшет и показал.
Глафира усмехнулась:
— Это тот самый крендель, с которым я общалась в Безопасности. Я не узнала его и не вспомнила, что мы знакомы.
— Я думаю, что в тот момент ты была не в состоянии анализировать!
— Эт точно! — грустно констатировала Глафира.
— А дальше все было просто. У его бывшей любовницы сын — крутой программер. Когда я вас спрятал с Анфисой и вас потерял радар, парень начал сканировать город и окрестность. И когда на его экране появилось новое имя, он его заметил и начал следить, а когда на него вдруг начал наслаиваться профиль Глафиры, все обоим стало ясно.
Ну а потом уже было дело техники внушить Анфисе, что я вас сдал, и понеслась!
— Где он теперь?
— Сбежал. Когда понял, что ты не села на самолет, а потом пропала, никто ведь не знал, что можно так изящно прятаться в монастыре под собственным именем, он подумал, что мы изобрели что-то уникальное, и свалил.
— Куда?
— А тебе зачем?
— Да так просто…
— Викентий сказал, что ты точно поинтересуешься и потребовал не говорить тебе!
— А он что? Собирается вернуться? Я так понимаю, о его существовании, кроме этого человека, никто и не знает. Теперь безопасно!
— Нет. Он просит тебя поехать к нему. Говорит, что и там работы валом и что его бизнесу там спокойно и вольготно.
Глафира покачала головой:
— Нет. Не хочу!
— Почему? — удивился Александр. — Там тепло и можно не работать, насколько я понял. У вас же вроде отношения? Можно заняться здоровьем и детьми, как вариант. Нет?
— Нет, Александр! Не хочу! Спасибо тебе, — закрыла тему и закончила разговор Глафира.
— Может, ты поедешь со мной? Где жить собираешься? — участливо поинтересовался Александр.
— У Викентия, раз там теперь меня никто не ищет…
Александр уехал, а Глафира пошла прощаться со всеми теми, с кем успела подружиться за эти дни. Только, как обычно — вдруг, наткнулась на сгусток жизнеубивающей энергии.