— Я слушаю, — вздохнул Локи. Этот город, его жители и россказни конкретно озадачивали.
— Говорят, что в отличие от замка, Скелиман, перевозчик, не любит никого переплавлять, — сказал Аксель.
— Что-то ты меня запутал, — сказал Локи. — Если замок заманивает подростков для кормежки вампирской принцессы, с какой стати Скелиману действовать иначе?
— Без понятия, — Аксель начал чем-то чавкать. — Но вот что еще страннее. Скелиман же скелет; у него нет глаз, только глазницы. Поэтому он не может видеть, — хохотнул Аксель, расслабившись после кормежки. Локи хотелось знать, не поэтому ли он постоянно жрал.
— Валяй дальше, — нетерпеливо сказал Локи.
— Нам посоветовали воспользоваться слепотой Скелимана и забраться в его каноэ, но только если ты сможешь задерживать дыхание большую часть поездки.
— Зачем нам это делать? — Спросил Локи.
— Скелиман узнает живых по их дыханию. Обычно его пассажиры мертвяки и его это устраивает.
— Но это же бессмыслица, — сказал Локи. — Как все остальные подростки переплывают Болото Скорби?
— А вот это приводит нас к другому варианту, — сказал Аксель, пролистывая вниз содержимое экрана своего телефона. — Согласно посту еще одного участника с форума, некоторые подростки находят обходной путь. Они изобрели тайный способ переправиться так, что бы их не засек перевозчик. Это секрет, так что его можно узнать, только подождав каких-нибудь подростков и проследив за ними, чтобы увидеть как это делается.
— У меня нет на это времени. Что если мы не найдем подростков, которые пытаются переправиться этой ночью?
— Я думаю, найдем. Мальчишки и девчонки пытаются войти в Черный Лес каждую ночь. Они приходят туда повеселиться, бухнуть, потусоваться и подурачиться. Кладбище добавляет драматичности и страшилок, которые они ищут.
Локи выпустил долгий выдох, всматриваясь в темную дорогу впереди. Сейчас, когда они были недалеко от кладбища, погода стала зябкой. Локи решил воздержаться и не спрашивать о ней Акселя потому, что знал, Аксель без конца нес бы чепуху, а ему было нужно сосредоточиться. Он сохранял молчание, и краем глаза увидел, как Аксель жевал Сладкую Липкую Косточку. Чем ближе Локи подъезжал к кладбищу, тем медленнее жевал Аксель и тем сильнее расширялись его зрачки.
— Боишься ли ты темноты, Локи? — Нарушил молчание Аксель, уставившись на дорогу так, будто ждал, что из канавы что-нибудь выскочит.
— Пялься на темноту подольше, и ты кончишь тем, что увидишь то, чего там нет, — ответил Локи.
— Мудрые слова, Йода, мудрые слова, — гипнотизирующе покивал Аксель и заткнулся. — Почти приехали, — сказал он, показывая на серые надгробья, которые возникали из темноты, словно духи, выбравшиеся из могилы, чтобы поприветствовать их. За ними Локи видел лишь темные контуры поверх еще более темных контуров.
Наконец они выехали на пустынную грунтовую дорогу. Кармен жаловалась, ворчала и ругалась. Локи заметил, что деревья наклонялись книзу и постепенно искривлялись, их ветви сплетались между собой в темноте, выгибаясь над ними будто змеи. Кажется, у пары из них было по одному глазу на концах веток для того, чтобы шпионить.
— Ты это видишь? — Спросил Локи.
— Я…, - Аксель едва не подавился едой, стараясь вжаться в пассажирское кресло. — Я читал об этих деревьях на форуме. Их называют деревьями Джунипер. Лучше всего избегать их и делать вид, что их не существует. Они шпионят для вампирской принцессы.
— Как то мне не верится тем, кто пишет посты на форуме, — сказал Локи, сбрасывая скорость своего Кадиллака.
— Гоблин-Гений, — прошептал Аксель.
— Кто?
— Гоблин-Гений — это создатель форума и его самый почитаемый участник.
— А ты когда-нибудь встречал этого Гоблина-Гения?
— По правде говоря, никогда не имел чести, — сказал Аксель. — Но мне хотелось бы. Как ты думаешь, он настоящий Гоблин?
— Откуда мне знать? — пожал плечами Локи, наблюдая за деревьями, которые начали расползаться. Локи было интересно, не возвращались ли они к вампирской принцессе, чтобы рассказать той, что у нее сегодня будет компания.
— Когда я был ребенком, мой мозг откалывал надо мной шутки, — начал Аксель. — Бывало, посреди ночи я просыпался в кровати, а рядом стоял Бугимен с моей миской овсянки, жрал ее, смеялся и тыкал в меня длинным пальцем. Стоило мне моргнуть, он исчезал. Моргание решало кучу проблем, когда я был ребенком. Знаешь, что самое странное? Бугимен не выглядел как Бугимен. Он выглядел как пират.
Локи пытался найти безопасную стоянку для своего Кадиллака. Он даже не стал утруждать себя высказываниями о том, что никто и никогда не видел Бугимена, поэтому Аксель не смог бы понять, что тот, кого он видел, не был похож на него. Но как бы не надоедал Аксель, Локи смотрел сквозь пальцы на его непрекращающуюся нужду говорить… в конце концов, Локи бормотал себе под нос все время. Аксель же болтал постоянно потому, что у него не было друзей, чтобы поговорить. Возможно, Локи стал его первым другом за все время, так что он решил, что должен попозже сказать Акселю о том, что не собирается оставаться в городе. Он здесь не для того, чтобы заводить друзей. Он здесь для того, чтобы найти дорогу назад, домой, и рано или поздно, ему придется покинуть город.
— Интересно, а почему ты никогда сам не прокрадывался туда, чтобы увидеть принцессу. — Припарковав Кармен за огромными колючими кустами, Локи проверил достаточно ли они широки, чтобы скрыть ее полностью.
— Я слишком труслив, что чаще всего означает, что я умен, — сказал Аксель. — Я прихожу на Кладбище Похороненной Луны только, когда мне одиноко, и я хочу посмотреть, как подростки веселятся, обнимаются и занимаются прочей ерундой. Но это все.
— Так ты Подглядывающий Том? — Локи засмеялся. — А как насчет Фейбл, ты когда-нибудь брал ее с собой?
— Конечно же, нет, — Аксель покраснел. — Она слишком юная, чтобы наблюдать за целующимися подростками. Я оберегаю ее. Она для меня целый мир.
— Ты ведь знаешь, что как придурок демонстрируешь ей свою любовь?
— Знаю. Я всегда отвратительно демонстрирую свои чувства, но мне плевать. Я практически ее родитель. Я должен быть с ней строгим и должен быть уверен, что она делает только то, что ей действительно нужно.
Аксель вышел из Кадиллака, подошел к надгробию и уселся на него. Свесив ногу с надгробия, он вытащил очередной пакет с едой. Похоже, Аксель воспринимал все это, как небольшой семейный пикник. Локи устраивало, чтобы Аксель оставался как можно спокойней, пока был его проводником.
— Трагических бобов? — предложил он Локи.
— Нет, спасибо. Я не в настроении плакать и смеяться одновременно, — Локи сел рядом с ним.
— Это произойдет не очень быстро, — объяснил Аксель. — Тебе придется съесть половину пачки, чтобы ощутить эффект.
Обойдя пару кругов вокруг надгробия, к Локи подошел кот черный, с зелеными глазами. Локи побоялся заговорить с ним, как он обычно это делал, но тут он вспомнил, что животные заговаривали с ним, только когда он был один. Кот потерся ушами о джинсы Локи и замяукал. Локи неохотно погладил его.
— Не понимаю, почему животные не любят меня, как тебя и Фейбл, — сказал Аксель, поглощая Трагические бобы один за одним. — Знаешь, когда мы с Фейбл гуляем в лесу за домом, к ней на руки садятся бабочки?
— Она же невероятная, помнишь? — ответил Локи и подмигнул коту. Кот подмигнул в ответ и даже немного прикусил губу и кивнул.
— Я до сих пор не могу получить ответа, что должно означать мое имя. Если она Невероятная, то кто же я? — задавался вопросом Аксель.
— Голодный, — пробормотал Локи. Кот замаскировал смех под чиханье и испарился.
Удивительно, но Аксель не обиделся. На самом деле он рассмеялся от души, болтая свисающими ногами, жуя и хрустя.
— Ты прикольный, Локи, — сказал Аксель. — Ты мне нравишься, и мы можем стать друзьями.
— Ты мне тоже нравишься, — сказал Локи.
Аксель рассмеялся еще больше.
— Или мы с тобой самые клевые чуваки в Скорби, — сказал Аксель. — Или мы самые глупые и предсказуемые.