Холодная пучина страха и отчаяния снова приблизилась, чтобы поглотить меня. Неизвестно, что там, под бинтами, но это уже не исправить, даже если плохо совсем. Я считал до десяти и обратно, стараясь успокоиться, не потерять контроль над эмоциями...
- Не переживай, Дмитрий Андреевич, всё не так уж плохо, - по свойски похлопал меня по плечу доктор.
- Простите, как вас зовут? - отмер я.
- Николай Егорыч я, - представился хирург.
- Николай Егорыч, вы уверены, что больше ничего серьёзного нельзя сделать?
- Да подожди ты метаться, - махнул рукой доктор, - может и не надо паниковать... Прежним красавцем, ты уж прости, я тебя сделать не смог, но вроде получилось неплохо. Вот шрамы заштрихуют лазером, и совсем хорошо будет. Точно лучше, чем до операции. Но под наркоз, - ни-ни! Уж точно не в этой клинике. Напугал ты тут всех...
Николай Егорыч попрощался и собрался уходить. Я мечтал отвернуться к окну и дать волю панике, от мучившей меня неизвестности.
- Да, кстати, - доктор замер на пороге, - к тебе тут симпатичная барышня пробивалась недавно... Да ты ещё не пришёл в себя, пришлось не впускать.
- Алёна?
Я резко сел.
- Может, и Алёна, - подмигнул врач, поправляйся скорей, вот и узнаешь.
Он ушёл, а я нажал кнопку вызова персонала.
- Принесите мне телефон, пожалуйста, - попросил я медсестру.
Жадно схватив телефон, я принялся набирать номер, ставший до боли знакомым...
Алёна.
Первый выходной на новой работе не должен быть особо богат на события, - я собиралась весь день проспать, настолько меня измотала новая должность и поток заносчивых клиентов.
На настойчивый звонок телефона я лениво приоткрыла один слипшийся глаз. Блин, забыла вчера умыться. Как рухнула после смены на кровать, с обещанием встать через пять минуточек, так и не открывала глаз до утра. Часы показывали полдень. Я потянулась к телефону. "Кого принесло в такую рань..." - стенала моя внутренняя богиня, планировавшая ещё пару часов нежиться в объятиях Морфея.
"Дима", - высветилось на телефоне. Мой ленивый зад будто мощной пружиной подбросило. Трясущимися руками я нажала конпку приёма звонка, попутно молясь, чтобы голос не звучал, как у сонного суслика.
- Привет! - бодро прозвучал в динамике его безумно красивый голос.
- Димка! - на радостях я забыла обо всём.
Больше всего на свете я боялась, что когда нам представится возможность поговорить, я буду блеять нечто невразумительное, сыпать извинениями, или ещё что либо сделаю не так, и это добавит нам неловкости в общении. А я очень дорожила каждым моментом, проведённым с ним. Он был кем то... Не знаю кем, но самым правильным в моей жизни. Мне двадцать пять, личная жизнь не удалась, моя непоколебимая вера в карьеру журналистки сильно пошатнулась, я работаю официанткой... В общем, множественные повороты не туда. Поэтому сейчас моё сердце взлетело под потолок от счастья, - позвонил Он.
- Как ты? Где ты? Как всё прошло? - засыпала я его вопросами.
Он рассмеялся:
- Я тоже рад тебя слышать, и хочу задать не меньше вопросов. Так может, ты навестишь меня сегодня, если тебе удобно?
- Конечно! - с энтузиазмом откликнулась я.
Правда вот на его вопросы мне отвечать не очень то и хотелось... Ну ничего, я же журналист, так его заговорю, что он и не вспомнит о том, что хотел спросить.
Я подскочила и начала интенсивно собираться, радостно напевая что то сумбурное, собственного сочинения.
Под окнами уже знакомой клиники я слегка помедлила, мысленно считая овец, баранов и глупых, излишне радостных девиц, в надежде успокоиться и обрести равновесие. А затем радостно рванула на рецепшн.
Он не обижается на меня, - это огромный камень с моей души. А я... Я очень хочу его увидеть.
- Пройдёмте, - ко мне подошла насиликоненная медсестра.
Сделав приглашающий жест рукой, она отвернулась, уверенная, что я последую за ней, и зацокала каблучками, покачивая внушительной пятой точкой. Я проводила её ревнивым взглядом. Ну почему у меня не получается быть такой...
Вздохнув, я поплелась за ней.