Оттаявшие слёзы вновь предательски заструились по моим щекам.
- Алёна? Где ты, что случилось? - послышался из трубки его встревоженный голос.
Я разревелась, не в силах ничего сказать, беспомощно хлюпая носом и слегка подвывая.
- Так, понятно. Говори адрес, я сейчас приеду за тобой.
Я беспомощно оглянулась на продавщицу.
- Адрес? - смогла просипеть я вопросительно, тыкая пальцем в трубку.
Она взяла из моих закостеневших пальцев телефон и назвала адрес.
Тем временем мой воспалённый и, очевидно, температурящий мозг посетила одна здравая мысль:
- Погоди, как ты поедешь? - засипела я, снова забрав трубку у продавщицы, - ты же сам в больнице...
- Не волнуйся, меня завтра всё равно выписывают, - бодро сказал он, - я уже еду.
Моя рука с телефоном бессильно обмякла. В ушах давно уже стоял звон, и он усиливался, мешая слушать и жить, заполняя собой весь мой мозг...
- Позвоните в полицию, - просипела я, теряя сознание, - я стала свидетельницей убийства...
Дима.
Я ей соврал. Это получилось легко и быстро. Не задумываясь, я сказал, что меня завтра выписывают, хотя это было далеко не так. Услышав Алёнкин голос, точнее, ужасное сипение, лишь отдалённо его напоминающее, я перепугался, как никогда в жизни. Даже в той аварии мне не было так страшно...
Моя машина была на больничной стоянке. Из одежды на мне был только домашний трикотаж (к счастью, те, у кого операция на лицо или голову, избавлены от необходимости носить больничную одежду). Куртка и обувь в машине, дотуда и в тапках добегу, решил я, и не медля больше, самовольно покинул палату, направляясь к больничному выходу.
- Стойте, куда вы?! Дмитрий Андреевич! - кричала мне вслед медсестра.
Но я был уже далеко. Машина приветственно пискнула и мигнула фарами. Я быстро переобулся, накинул куртку, пытаясь купировать начинающийся озноб... С наслаждением зашвырнул опостылевшие тапки вглубь машины. Нажал на газ, и машина с визгом рванула с места.
Я нёсся на пределе, выжимая всё, но даже не замечал этого. Хорошо, что это не центр, достаточно пустые дороги, пространство не нашпиговано камерами. Быстро долечу. Потерпи, Алёнушка, я уже еду...
Машина летела по пустынной, обледеневшей трассе. Я сосредоточенно смотрел в навигатор. За окнами, в тёмной пелене, навстречу неслись ели и сосны, как огромные, мрачные привидения. Машину слегка занесло на повороте. "Нужно сбросить скорость", - пронеслось в моей голове. Скорость! Ещё не осознавая, я огляделся... И расплылся в улыбке. Скорость под двести, а я больше не боюсь! Мысли чёткие и ясные, никакого страха. Потрясающе. Меня накрыло ощущение свободы и полёта, уже полузабытое, но такое желанное. Наконец то. Кажется, я свободен от своих страхов...
Вдалеке показались огни заправки. Видимо, мне сюда. Я подъехал, остановил свою машину в стороне, на окраине леса, потому что помешала подъехать ближе очередь из машин. Приглядевшись, я заметил тревожные сине-красные всполохи. Встревоженный, я выбрался из машины и пошёл к кафешке, где толпились несколько возмущённых водителей. Подойдя поближе, я осознал ситуацию. Единственную девушку, обслуживающую заправку, допрашивал накачанный полицейский, тип с цепким, неприятным взглядом.
- Что случилось? - спросил я у него.
Тип скривился, будто я занял у него миллион баксов, но всё же ответил:
- Здесь бегает сумасшедшая, людей пугает. Мы приехали на вызов, она сбежала. Пытаемся понять, куда.
Боже, надеюсь, Алёнка с ней не столкнулась! Но куда же она исчезла? Я быстро осмотрелся вокруг. Всё как на ладони. Но её не было. Я уже хотел было пробиться к продавщице, и спросить, как вдруг краем глаза заметил мимолётное движение в моей машине. Чёрт, а я ведь не заблокировал двери! Я рванул в сторону своей тачки. Распахнул дверь.
- Тсссс! - послышалось с заднего сиденья.
Я уставился туда. Ни жива, ни мертва, на полу машины притаилась Алёна.
- Ты почему прячешься? - округлил я глаза.
- Димочка, не спрашивай, скорей, поехали, увези меня отсюда! - скороговоркой прошелестела она, вцепившись в мою руку, как утопающий в соломинку.
Без лишних вопросов я завёл мотор.
Не привлекая внимания, мы выехали с заправки. Я доехал до места, где можно было развернуться, и повёз её к себе домой. Для начала. Больше идей у меня на тот момент не возникло. По дороге я с тревогой вглядывался в её лицо. То смертельно бледное, то красное, с бисеринками пота на лбу... Она тяжело дышала, забывшись тяжёлым сном, и была явно нездорова. Видимо, всё же не домой...