Началась активная подготовка к преступлению. Для начала следователь, используя свои связи, немного подпортил Юровскому бизнес. Затем подговорил Юровскую постоянно закатывать мужу скандалы, желательно при свидетелях. Рассчёт Карповича был прост: самоубийство человека, у которого проблемы в семье и на работе, не будет выглядеть таким уж подозрительным.
- Кирююююша, - тягуче выводила Юровская, беся Карповича невероятно, - а меня ни в чём не заподозрят, если я буду с ним так ругаться?
- Нет, Людочка, - твёрдо отвечал он, усилием воли разжимая кулаки, - дело попадёт в наш отдел, я сделаю так, что оно будет у меня, это самоубийство, никто не виноват.
На самом деле Кирюше было глубоко плевать, что станет с Людочкой, важно лишь одно: чтобы она оставалась незапятнанной до получения наследства. Так что в этой ситуации он говорил чистую правду.
В день убийства всё было тщательно продумано: Карпович организовал себе липовое дело с выездом на другой адрес, ради алиби, а сам вместо этого пришёл в кафе, думая, что после закрытия Юровский находится там один. Убил его, открыл сейф, начал искать деньги, которые решил забрать сразу после убийства, на случай форсмажора. После этого следователь собирался вернуться на своё суточное дежурство, как ни в чём не бывало, и, когда всё будет обнаружено, приехать расследовать своё собственное преступление.Обчищая сейф, он вдруг увидел краем глаза какое то движение за дверью. Чёртова официантка! Она бросилась бежать так быстро, что он не успел среагировать. Когда бросился за ней, было уже поздно, - она запрыгивала в автобус. Сначала Карповича перетрясло, что кто то стал свидетелем, но затем он заставил себя всё обдумать, и слегка успокоился. Ну и пусть. Теперь можно сэкономить на криминалистах, не подкупать, пусть признают, что это убийство. А убийцей станет эта девчонка. И то, что она убегала в такой панике, будет говорить против неё. Карпович объявил официантку в розыск, но она как в воду канула. Девка оказалась сообразительнее, чем он предполагал, и либо исчезла бы с концами, либо нашлась бы, и села, по обвинению в убийстве.
Но делом начали активно интересоваться, и не только журналюги. Следователь, который приезжал смотреть дело... Карповича он откровенно напугал. Он итак уже накануне сорвался и наорал на любовницу, за то, что лезла к нему со своими объятиями и поцелуями. Он психанул прямо в своём кабинете, куда вызвал её, якобы на допрос, чем очень сильно напугал Юровскую. Опомнившись, он принялся её утешать, но она всё равно ушла в слезах. Карпович почувствовал, что теряет контроль над ситуацией.
Как только ушёл неизвестно откуда взявшийся следователь Стрелков, Кирилл бросился звонить любовнице. Но телефон Людмилы не отвечал. Выматерившись на тупую бабу, он заметался из угла в угол. Оставалось лишь ждать.
Когда выяснилось, что Стрелков побывал и у Людмилы Юровской, Карпович понял, что под него безжалостно копают. Было большое желание бросить всё и сбежать, но он понимал, что в этом случае он вызовет сильные подозрения. Да и деньги, такие деньги на кону... В общем, в голову пришло лишь одно решение: "найти" дополнительные улики на официантку, без сомнения указывающие на её вину. То, что она скрывается, тоже будет не в её пользу. Затем самому найти её, до того, как это сделают коллеги, а потом навсегда потерять где нибудь в лесу, чтобы не отрицала свою вину и не давала показания о незнакомце в кабинете. А потом, даже если и найдут девку, дело закроют в связи со смертью главной подозреваемой. И Карпович стал искать...
Глава 20. Новые знакомства.
Катя.
Не знаю, откуда взялся этот Дон Кихот, по имени Серёжа, но пока и неважно. Главное, что очень кстати. Я растерянно стояла и смотрела, как мой рыцарь самоотверженно борется с "ветрянными мельницами" в виде двух алчных и горластых тёток, - моей квартирной хозяйки и сварливой соседки снизу. Он пытался перекричать их вопли, но вскоре сдался. Скрестив руки на груди, он просто молча ждал, пока эти истерички проорутся, а я внутренне поражалась его выдержке.
Наконец поток ругательств из уст кумушек иссяк, и они выжидательно уставились своими жабьими глазёнками на нас, в ожидании реакции.
- Этого хватит? - спросил мой нежданный гость, доставая из кошелька достаточно солидную пачку пятитысячных.
Неожиданно.
В полутёмном коридоре стало очень и очень тихо. Слышно было только, как в головах скандалисток с тихим скрежетом работают калькуляторы. Затем обе тётки снова разразились воплями, но орали уже друг на друга, - кто из них больше пострадал, и кому сколько причитается.