Тут Маргарита Степановна поспешно опустила голову на утопающие в снегу руки, и резким быстрым движением, забыв про возможное головокружение, поднялась на ноги. (Откуда только прыть взялась!) И уставилась на голые ладони. Перчаток, любимых кожаных перчаток, подаренных когда-то мужем, на руках не было! Да, ладно перчаток, на ней не было шубки. Вместо элегантной одежды женщина увидела какую-то телогрейку. Из-под неё торчали ноги в ватных штанах и валенках. «Обокрали! - заголосила она про себя, но внезапно её озарило, - И переодели? А потом куда-то отвезли и выкинули?» В недоумении посмотрела на тускло замерцавшие звезды, глубоко вдохнула невероятно чистый, морозный воздух. «Что делать?»
Женщина решила пойти в сторону просвета между деревьями, рассудив, что там может быть дорога, а после, глядишь, и люди встретятся. Снег был пушистым и лёгким, совсем не мешал движению, но Маргарита Степановна с трудом переставляла ноги. Отвыкла от валенок, казалось, что на пятках с задранными носками идёт, да ещё не по размеру оказались – так и норовили слететь. Ветви и кусты цеплялись за куртку и штаны. Платок, обнаружившийся на голове, повязан был неплотно и сполз на глаза. Пришлось остановиться и заново укутаться в дырявую шаль. Кое-как продралась к краю деревьев и остолбенела, увидев поле с пробивающимся сквозь снег сухостоем. Где-то там, где заканчивалось поле, в почти угасшем свете, разглядела кривую линию деревенских домишек, а от неё прыжками мчавшуюся в её сторону звериную фигуру.
Маргарита аж присела от страха. Из горла вырвался хрип, а в голове пронеслось: «Мамочкииии…» Зверь приближался быстро, женщина в размытой фигуре заподозрила… И, завизжав, резво развернулась и понеслась обратно, невзирая на кусты и спадающие валенки. Ах, как прытко, оказывается, она умеет бегать! Но долго удивляться открывшимся способностям не пришлось. Тяжёлое дыхание хищника стремительно приближалось. Мощное тело сбило с ног.
Женщина, зажмурившись, покатилась кубарем. Последней мыслью было не выколоть об ветки глаза. Движение почти тотчас прекратилось: среди кустов и деревьев не покатаешься. Маргарита, стукнувшись об ствол, лежала на боку, подтянув ноги к груди и обхватив их руками. Воздух вышибло при падении, но она боялась вдохнуть. Лбом уперлась в колени и, напряжённо дрожа, ждала своей участи.
Зверь лапой развернул её на спину, и Марго почувствовала, как он раскрыл пасть. Тяжёлое животное зловоние пронизало её. Но самое нелепое и ужасное, что зверь, толкая мордой голову женщины, добрался до лица и принялся его вылизывать, моментально обслюнявив. Отвратительные ощущения перекрыли страх, она сердито крикнула:
- Фу, Бабур, хватит!
И замерла, перестав сопротивляться. Что она сейчас сказала? Бабур? Хищник же обиженно рыкнул, но послушался и прилёг рядом. А Марго в смятении пыталась сообразить откуда она знает, что это Бабур? В голове калейдоскопом замельтешили картинки: огромный лев, степь, мужчина, замотанный в черное, разноцветный балаган, львёнок…
Может быть, она и вспомнила бы, но Бабуру надоело лежать на снегу, он поднялся и нависая над женщиной, посмотрел той прямо в глаза. И в этот момент Марго совершенно перестала бояться, наоборот, пришла уверенность, что зверюга не только не причинит вред, но и поможет. Абсурдность ситуации заставила её глупо засмеяться: «Всё, матушка, приехали – сначала обокрали и выкинули, потом сошла с ума».
Хищник боднул женщину в бок, словно призывая подниматься. Она села. Валяться и впрямь достаточно, холодно, так и простыть недолго.
- Ну и куда идти? – глядя на звёзды, тоскливо спросила она. – В деревню, может?
Зверь насмешливо фыркнул, ударил себя хвостом и, грациозно огибая кусты, пошёл в сторону поля. Маргарита Степановна, кряхтя и хватаясь за ветви, с трудом поднялась на ноги. Напряжение дало о себе знать –сил идти не было. Она немного постояла, в надежде оправиться, а потом беспомощно привалилась спиной к дереву. Видно, придётся ей здесь окоченеть.
Она закрыла глаза. А когда открыла обнаружила перед собой два жёлто-белых огонька.
- Всё, Бабур, не могу идти. Сил нет и замёрзла, - едва шевеля губами, ставшими непослушными, выдавила она.
Бабур снова развернулся спиной, хлопнул хвостом по боку и призывно глянул на женщину.
- Ты что, хочешь сказать, чтоб я на тебя села? – прошелестела недоверчиво.
Бабур вздохнул, попятился, ткнулся в неё боком и припал к земле. Маргарита Степановна медленно отлепилась от ствола и неуклюже взгромоздилась верхом на подставленную спину. Зверь, будто крякнув, поднялся и потрусил только ему ведомой дорогой. Бабур оказался горячим. А Маргарите было трудно сохранять вертикальное положение, и она легла, зарываясь замерзшими лицом и руками в белую жирнющую гриву. В голову постепенно возвращались мысли, и были они тревожными: «Что происходит?»