Железная штуковина оказалось зажигалкой. Обнаружилось это, когда Марго случайно нажала на выемку с торца. Внутри коробочки что-то скрежетнуло и выплеснуло огонёк, который немедленно обжёг женщине запястье.
- Фу ты, кверху ногами, - зашипела, болезненно поморщившись, и перевернула необычный инструмент. – И кто такое придумал…
Со второй попытки свеча была зажжена. Марго подняла её повыше и с интересом огляделась. Да при таком освещении ничего толком не видать! Это надо вставать с пола и обходить вдоль стен, может найдется выключатель, и тогда она хорошенько осмотрится. Хотя нет, нельзя яркий свет, вдруг тот, кто приходил вернётся, а Бабуру он явно не понравился. Зато недалеко от себя она увидела опрокинутый табурет, дотянулась, поставила на ножки и, опираясь свободной рукой, потихоньку встала. Немного постояв, боясь потерять равновесие, двинулась в обход.
Одна небольшая комната. Обстановка скромная. Свеча выхватывала из темноты предметы, а всё, что рядом расплывалось неясными очертаниями, сливаясь с мраком. Слева от двери узкая кровать с пёстрой накидкой, перед ней лежанка Бабура, откуда он и наблюдал за женщиной. К кровати приткнулся стол с ещё одним табуретом. У противоположной стены в углу плита на две конфорки, потом раковина и посудные полки над ней, небольшая тумбочка с разной утварью на поверхности, среди которой обнаружился подсвечник. Завершали обстановку узкий высокий шкафчик и шифоньер. Окно напротив двери. Под окном софа. Удивило в этом домишке наличие крана над раковиной и дорогие тяжелые портьеры. Маргарита Степановна знала, сколько стоят такие шторки блекаут. Недавно ремонт делали, ну и под новые обои решили обновить шторы в спальне - светонепроницаемые. Марго долго потом вздыхала, во сколько это обошлось.
Женщина подошла к наглухо зашторенному окну и только потянулась, чтобы взяться за портьеру, как Бабур зарычал и вскочил.
- Ты что? – испуганно отдёрнув руку, обернулась к нему Маргарита. – Нельзя что ли?
Зверь глухо рычал.
- Ладно-ладно, - немедленно согласилась она и для верности даже закивала головой, - не буду. Нельзя, так нельзя. А что можно?
Бабур успокоился, снова лёг, зевнул и закрыл глаза.
- Ага, тебе хорошо, ты, похоже, дома, на своем месте. А мне как быть? Спать тоже улечься? Не могу я так, в чужом доме. А вдруг хозяева придут? – но, сказав это, Марго вдруг почувствовала опустошение и дикую усталость: приключение не прошло даром. А ещё ей ужасно захотелось пить и в туалет.
- Бабур, а… мне бы… в туалет, - спросила, почему-то краснея и запинаясь. Бабур не шелохнулся.
В доме дверь только одна, значит удобства на улице. Придётся выходить. Вздохнув, Марго направилась к двери. В одно мгновение неподвижный до того зверь оказался перед ней, преграждая выход.
Марго опешила и сердито пробормотала:
- Вот страж порядка нашёлся. И куда прикажешь мне…
Бабур, толкнув Марго, прошёл на середину комнаты, царапнул половицу и шлёпнул хвостом. Женщина подошла и, опустив пониже подсвечник, пригляделась. Большой прямоугольный выпил на несколько досок с неприметной бороздкой с одного края. Марго нагнулась и, просунув ладонь в углубление, потянула. Прямоугольник легко встал вертикально. Вниз вели ступени.
Марго опасливо заглянула. Ничего не видно. А вдруг это ловушка: она спустится, а крышка подпола захлопнется? Марго, не зная, как поступить, вопросительно посмотрела на Бабура. Тот встряхнулся и, подойдя к лестнице, передними лапами упёрся в первую ступень.
Внизу загорелся слабый свет, а верхушка подпола вздрогнув, щёлкнула. Возникло ощущение, будто зафиксировалась. Женщина попробовала её опустить – не вышло: крышка стояла намертво. А Бабур, выразительно поглядев на Маргариту Степановну, словно говоря, что теперь её очередь, вернулся к лежанке.
Марго, так и спустившаяся со свечой, изумлённо вскинула брови: это ж надо такое придумать. В подполе оказалось приличное хозяйственное помещение. Пахло прачечной. На полу потрескавшаяся коричневая плитка. Марго подобную помнила: когда-то только такую на пол клали. Стены покрашены зелёной краской. А вот поверх них и через потолок, изгибаясь буквой П, шли трубы. Марго даже потрогала их: горячие. Отопление? В этой хибаре? Как же так, без печи, без котла? Женщина подивилась конструкции и умельцу, смастерившему такое. Всё это бесподобие освещала одинокая лампочка, создавая уютный полумрак. Справа стояла лавка со стопкой тазов разных размеров. Тут же на полу скат для слива воды, на стене кран и из трубы кран, соединённые шлангом.