— Эти хреновы ученые что-то натворили там у себя в подземных лабораториях, — кисло усмехнулся Венька. — Наружу из карстовых пещер вырвался непонятный сгусток, поглотив всю прилегающую территорию. Теперь все небо пылает от заката до рассвета. Четвертый год нет зимы, осени, сплошное непрекращающееся лето. Даже ночи стали белыми, как в Питере на Балтике. А мы ведь, братцы, в умеренном поясе находимся…
Договорить жалостливым тоном он не успел. Кислая мина на лице внезапно приобрела испуганное выражение.
Грохнуло взрывом: БА-АМ!
Машину подбросило над кюветом, тряхнуло и швырнуло в сторону.
— Пригнулись все! — проорал Ремез, сам приникая к баранке руля. Бобрик сполз вниз, прикрывая руками голову. Небо полыхнуло огнем. Мощный разряд молнии прочертил гигантским зигзагом, достиг поверхности и разметал в щепки черные остовы деревьев. Ударная волна, словно от артиллерийского налета, пронеслась над полями, сметая высохшие посевы подсолнечника. Рвануло бешеным напором ветра.
— Началось! — взвыл Бобрик, хватая разинутым ртом раскаленный воздух. — Сейчас завалит!
— Не каркай, придурок! — выкручивая руль, разжал рот водитель. — Проскочим!
Небо взорвалось грохочущей лавиной. В один миг облака налились свинцовым сиянием, в центре которых начала стремительно разрастаться воронка небывалых размеров. Вращая свои колоссальные лепестки, вихревый смерч закрутился с бешеной скоростью, всасывая в себя растения, деревья, мусор и прочий хлам. Машину подбросило второй раз, увлекая вверх, будто в небе действовал какой-то гигантский магнит.
— Нас засасывает! — в панике возопил Бобрик. — Прошлым разом не отделаемся… Не засосет, так завалит…
— Заткнись! — толкнул переднее сиденье ногой сидевший сзади. — Не завалит. Сворачивайте в поля. Там мост!
— Река высохла два года назад! — сквозь грохот почти простонал Венька.
— Но мост-то остался, идиот! — незнакомец сквозь стекло лихорадочно всматривался в творящееся снаружи. Внезапно разразившаяся буря бесновалась мощными разрядами, вгрызаясь молниями в землю. На месте электрических ударов тут же возникали развороченные воронки взрывов. Земля дрожала и колыхалась под колесами стремглав мчащейся машины. Двигатель отчаянно дымил. Казалось, еще секунда, и мотор взорвется так же, как громыхающие молнии. Андрей Ремезов пытался рвануть машиной через поля, но над ними уже полыхали огромные зарева пожара. Горел подсолнечник, горела кукуруза, горели обугленные останки некогда зеленых деревьев.
БА-АМ!
На крышу свалился первый обломок каменной глыбы. Огненными смерчами с высоты небосвода на землю начали рушиться тысячи камней больших и малых размеров. Располагавшийся на горизонте небольшой горный хребет, казалось, пришел в движение, смещаясь в сторону своими геологическими пластами. Крышу пробило в четырех местах, один горящий обломок обрушился Бобрику на колени, отчего тот дико взвыл от боли. Полыхающий камень мгновенно прожег дыру сквозь сиденье, прошел через металлическую обшивку и вывалился на дорогу. Теперь под ногами Веньки зияла прожженная дыра, в которой проносилась дорога.
— Хрень собачья! — рванул он руками дверцу салона, пытаясь спрыгнуть на ходу.
— Стой! — заорал Ремез. — Куда? Тебя же, чертяку, завалит!
— Лучше снаружи, чем в груде железа!
Андрей рванул руль, посылая автомобиль в гущу горящих подсолнухов. Венька едва не вывалился в самый центр полыхающего пожара, вовремя одумался и задохнулся в дыме. Из орбит вылезли глаза, полные слез.
— Мамочкки-и! Я ни черта не вижу!
— Бабушку еще вспомни… — осклабился незнакомец, схватив его за воротник. Венька покорно дал себя втащить внутрь.
— В следующий раз катись куда хочешь, к чертям собачьим! — обжигая дыханием, прохрипел в самое ухо попутчик. — Нужен ты мне, сопляк безмозглый!
Ремез лихорадочно вывернул машину к разрушенному мосту. Здесь когда-то текла бурлящая речушка, но за четыре года непрекращающегося пекла вода давно высохла, превратив берега в пустые, выжженные солнцем сухие бугры. Сейчас здесь творился самый настоящий ад. Мчащиеся со скоростью локомотива огненные глыбы обрушились с неба, вгрызаясь в иссохшую годами глину. Песчаная буря, вызванная магнитным возмущением, вздыбила сотни тонн пыли, превращая её в сплошную стену непроходимой преграды. Вокруг громыхали взрывы, свистели вихри смерчей. Машину бросало из стороны в сторону. Правым задним колесом она завязла между трухлявыми досками моста, взвывая перегруженным двигателем. Еще бросок! — и их вынесет на середину ветхого строения. Ограждение моста уже превратились в пылающие угли, еще минута, и вся деревянная конструкция рухнет на дно высохшей реки.