- Об этом я забыл, - вздохнул он. - Пойдем, девушка. Найдем библиотеку.
- Чувак, я думала, ты никогда этого не скажешь.
Из белой комнаты по белому мраморному полу мы вышли в сверкающий белый коридор
с огромными от пола до потолка окнами, высотой более двенадцати метров. Здесь я увидела
первое воспоминание. За высокими окнами в зимнем саду была красивая женщина,
шелковые складки алого платья расстелились по белой мраморной скамейке. Спрятав лицо в
ладонях, она плакала.
- Это Возлюбленная Короля, - сказал Кристиан.
- Ты же сказал, они были безумно друг в друга влюблены. Чего же она плачет?
- Она тосковала в одиночестве, пока Король занимался экспериментами в своей
лаборатории. Она ждала его сотни тысяч лет одна, за исключением нескольких созданий,
которым он мог ее доверить, и его редких визитов.
Кристиан рассказал мне конец истории, пока мы проходили множество залов и
коридоров. Все же в голове не укладывается. Кто бы мог подумать, что бок о бок с нашим
миром существует такое фантастическое место, спрятанное за тайными ходами и зеркалами?
Иногда моя жизнь настолько захватывающая, что я едва выдерживаю это!
По лимонным мраморным полам мы проходим солнечное крыло дома с высокими
окнами, отражающими яркий летний день, идем по розовым кварцевым полам с сиреневым
оттенком заката, пересекаем пол, выложенный бронзовой плиткой, в комнатах без окон с
величественными, огромными, королевскими стульями, кушетками и кроватями. Здесь есть
и камины, по высоте сравнимые с небольшим домом, а потолки здесь выше, чем шпили
кафедральных соборов.
- Насколько большой этот дворец?
- Говорят, что бескрайний. Говорят, Король создал дворец, который постоянно растет.
- Как здесь можно что-то найти?
- Ох, в этом и загвоздка, девушка. Это трудно. Все постоянно изменяется. Не помогают в
поисках и обманки Короля. Чтобы лучше защитить свои записи, он создал во Дворце
множество библиотек. Бэрронс думает, что нашел настоящее хранилище. Это не так. Я видел
книги, которые он украл. Они были из Зеленого Кабинета.
- А ты откуда знаешь, какая из библиотек настоящая?
Кристиан замешкался.
- Что-то здесь взывает ко мне, - наконец ответил он. - Я был здесь в ловушке какое-то
время, в будуаре короля, и теперь чувствую притяжение дома вне его пределов. Оставшиеся
воспоминания в комнатах Дворца были такими яркими, что граница между реальностью
иллюзией стала размыта. Иногда, засыпая, я слышал шепот, и во сне был Королем, идущим
по коридорам. Я знал, где что находится, словно сам обставил этот дом. Я даже понимал
закономерность изменений. Некоторые из этих воспоминаний верны и сейчас. Другие не
внушают доверия. Но все же я уверен, что малиновый коридор, который всегда можно найти
после бронзового, ведет в музыкальную комнату с тысячами инструментов, которые сами
начинают играть, когда ты проворачиваешь ключ в замочной скважине двери. Словно
большая музыкальная шкатулка. Я знаю, что в кобальтовом крыле есть огромная арена, где
нет силы притяжения и повсюду нарисованы звезды. Там он порой создавал целые
вселенные ради развлечения своей возлюбленной. Знаю, что в страхе, что кто-то найдет
книги с описанием его экспериментов, он спрятал их в Белом Дворце. Говорят, он запер
рецепт каждого Темного, которого когда-либо создал или собирался создать, и, уходя, высек
над входом в библиотеку предупреждение. По этой надписи и можно понять, что это
истинное хранилище.
- А что там написано?
Он остановился.
- Сама прочитай, девушка.
Я посмотрела наверх. Мы стояли у точно таких же дверей, как в аббатстве при входе в
зал, где заперт Круус. Высеченные в камне вокруг них внеземные символы пылают мрачным
темно-синим пламенем, а сверху дугой, покрупнее, высечены другие слова.
- Не могу. Это не английский.
Кристиан, перемещаясь от одной стороны арки к другой, нажал какие-то символы, и
через мгновение двери бесшумно открылись.
- Здесь сказано: "Прочти их и пролей слезы". Пойдем, девушка. Нам надо найти иголку в
стоге сена.
Библиотека Короля - самое чумовое место из всех, что я видела.
Кристиан исчезает в ту же секунду, как открываются двери. А я так и стою на пороге с
открытым ртом. Вид кажется просто бескрайним, проход между неровными,
зигзагообразными книжными стеллажами простирается на тысячи метров вдаль, уменьшаясь
до крохотной черной точки. Очарованная, я шагаю внутрь.