— Для общего развития, — улыбаюсь и понимаю, что вышло слегка нервно.
Гринвуд приподнимается, садится поудобнее и откидывается на высокую спинку кресла.
Для женщины за сорок она выглядит весьма неплохо, и всячески стремится это подчеркивать. Об этом прямо-таки кричит ее декольте на белой блузе.
— Истинность — химический процесс в организме, запускающий определенный набор инстинктов, — тон профессора немного смягчается.
Отрывисто киваю, соглашаясь.
— Его наверняка можно остановить. Он ведь не является необратимым?
— Вы задаете вопросы, непохожие на те, что предназначены «для общего развития», — Гринвуд покачивается на кресле и пристально наблюдает за мной.
Она ждет реакции. Опровержения или подтверждения, но точно следующее слово предстоит сказать мне.
Стискиваю лямку сумки, колено вновь дергается в неизвестном ритме.
— Просто пытаюсь понять. — Попытка ответить с легкостью почти удается. Меня явно выдает напряжение, видимое невооруженным взглядом.
— Насколько мне известно, химическая реакция, которая вас по какой-то причине интересует, необратима, — миссис Гринвуд подается вперед и складывает руки перед собой на столе.
Сердце пропускает удар. Сбивается с ритма, замедляется, не желая продолжать биться. Во рту сухо. Надежда, питающая организм живительной влагой, умирает в этот момент.
— Истинность недостаточно хорошо изучена, Шерп. Желающих от нее избавиться мне встречать не приходилось, — тон профессора приобретает азартную горячность исследователя. — Это была бы большая удача найти человек с истинностью, согласного на… эксперименты.
В ее глазах разгорается любопытство наравне с жаждой. Немного пугающей.
Никогда не мечтала стать подопытной, подвергнуть себя сознательному риску. Любой опыт над организмом, несомненно, представляет опасность. Большая удача, если в результате экспериментов я не пострадаю и при этом избавлюсь от истинности. Но… если что-то пойдет не так?
Тру занывший висок. Мысли сотнями мячиков отскакивают от черепной коробки, сталкиваются друг с другом в тесном пространстве, разбиваются.
— На эксперименты? — переспрашиваю, сдвигая брови.
Острый нос туфли под столом стучит по полу. Гринвуд сжимает и разжимает тонкие губы, щедро выделенные алой помадой.
— Истинность недостаточно хорошо изучена, Шерп, — повторяет она с улыбкой во весь рот. — Мы с вами можем совершить открытия. Только подумайте об этом. Если, конечно, не испугаетесь.
Ироничный тон и взгляд свысока отрезвляет. Решения на эмоциях часто приводят к поражению.
— Мне необходимо подумать, — заявляю уверенно, хотя и напряженно.
Фанатичный огонь буквально вырывается из глаз Гринвуд. Облизывает ресницы, достигает бровей.
Чертовски пугает.
Вновь сжимаю лямку сумки. Демонстрация страха даст очевидные преимущества профессорше.
Она медленно кивает и улыбается. Подпрыгнувшая грудь натягивает пуговицу шелковой блузы.
— Вы знаете, где меня найти.
Я в ответ растягиваю губы в фальшивой благодарности и вылетаю из кабинета, не смотря по сторонам. А стоило.
Тело срабатывает на рефлексах — выставляю руки перед столкновением. Едва не сбиваю человека и не падаю сама.
Растерянно потираю лоб и провожу по волосам, смотря на парня в черной толстовке. Капюшон, как обычно, скрывает глаза, но я отчетливо чувствую его взгляд.
— Я ненамеренно, извини.
«Хозяин» Нэнси усмехается. Он, похоже, не собирается мне мстить или как-то наказывать. Обычно столичные именно так поступают.
— В себе интереснее?
Скам, кажется? Он совершенно точно не злится.
— Да. Знаешь, безопасная территория.
— А здесь — нет, так что смотри по сторонам, — он продолжает свой путь, не обращая ни на кого внимания.
Снова со всеми, но будто отдельно. Странное, необычное впечатление. Он столичный, а словно приезжий.
Разворачиваюсь в противоположную сторону. Идти на обед не хочется. Я не завтракала, но чувства голода нет. Лучше пойду в блок. Вдруг в общей сети удастся найти информацию об экспериментах над истинностью. Успешных и не очень. Любых.
Хоть какое-то подтверждение, что они были, пусть и неудачные.
***
За несколько часов поисков отыскала только имя ученого — Карл Кристмал. Шесть лет назад он проводил опыты над истинностью, но все работы ученого засекречены. Получить к ним доступ можно после официального запроса, но даже в таком случае мне доступ никто не даст.