Отталкиваюсь ногами, упираясь спиной в твердый торс.
— Нормально с ним все. Будет. Потом. Заканчивай брыкаться.
Под сильным давлением на ногу кед соскальзывает, но вторым упираюсь устойчиво. Возвращаю ногу обратно на край, и в этот момент Дрейк резко сбивает вторую. Теряю твердость и с воплем оказываюсь в машине.
Дверь тут же захлопывается. Молочу по ней, по окну, хаотично дергая ручку. Безрезультатно.
Гнев кипит вместе с тоскливым воем. Макс, потряхивая головой, оглядывается по сторонам.
Дверь водителя хлопает, а я лишь сильнее бью ладонями по окну.
— Выпусти меня… Макс! — кричу в закрытое окно, пока машина проносится мимо него.
Он услышал. Заметил! Бежит следом, но не так быстро, как авто…
Жалкие всхлипы точно принадлежат мне, как и бегущие по щекам слезы. Фигура позади стремительно уменьшается, на повороте и вовсе пропадает из виду.
Раздирающая боль отчаяния заполняет собой все, до чего дотягивается. Голову повело. Медленно моргаю, видя только размытые очертания перед собой.
Что происходит?
Виски ломит. Перед глазами плывут черные пятна.
Глава 11
Голова рассыпается на мелкие осколки. Мне будто безжалостно дробят череп, предварительно не умертвив.
Жмурю закрытые глаза, прижимаю прохладную ладонь ко лбу.
Так чуть легче. На маленькую капельку.
От сухости во рту тянет кашлять, но на это нет сил.
— Воды, — сип на грани слышимости режет перепонки. — Кто-нибудь… Воды, пожалуйста…
Темнота отказывается расступаться. Ни одного воспоминания, ни понимания что со мной.
— Держи.
Знакомый голос. Это радует.
Приподнимаю веки. Изображение расплывается, распознаю очертания бокала в протянутой руке. Сжать холодное стекло удается не с первого раза.
— Приподнимись, разольешь же.
— Я пытаюсь.
— Не вижу, — насмешливо реагирует Дрейк.
— Я пытаюсь мысленно, — голос понемногу возвращается к привычному. — До тела сигнал еще не дошел.
На расплывчатом лице, кажется, появилась усмешка.
— У тебя не так много времени, чтобы прийти в себя. Опоздать на завтрак мы можем, а пропустить его — нет.
Завтрак… а куда делась ночь?
Я ничего не помню. Пустота. Отвратительное состояние «лежать и умирать», и ни одного даже смутного воспоминания… Впрочем… Мы вернулись в универ, вышли из машины, встретили Малина…
Все. Дальше обрыв.
Четкость, наконец, возвращается. Дрейк, незнакомая комната…
— Мы не в универе, — голосу недостает твердости, но утверждение и так понятно.
— Ты у меня в гостях.
Заторможенно спускаю ноги с кровати, оглядывая себя.
— Я одета — уже хорошо. Как я здесь оказалась?
— Заехала эффектно — на моих руках, — Дрейк прислоняется к серой стене.
На руках… Свежие, местами глубокие, царапины тянутся от кисти до локтя. Я ведь не могла этого сделать, да?
Под моими ногтями засохшая кровь. Запах Дрейка отчетлив.
Черт. Все же моих рук дело.
Как? Как возможно что-то сделать и не помнить этого?
— Я взбесилась или ты заслужил?
Прохладная вода течет в рот, пробуждая жажду и даря блаженство. С каждым глотком становится чуть легче существовать. В голове не прояснилось, но она совершенно точно больше не тянет меня вниз.
— Тебе красивую историю или правдивую?
— Начнем с красивой, — откидываюсь назад с пустым бокалом.
— Их притяжение друг к другу было так велико, что они решили продемонстрировать свою страсть всему миру.
Резко сажусь под взглядом самого хренового рассказчика. Еще теплится надежда, что «красивая» история не имеет ничего общего с реальной.
— Кого «их»? Какую страсть? Дрейк, ты меня пугаешь.
— Переходим к правдивой: ты и Макс почти трахнулись возле универа. Я свидетель. От вас вокруг нехило полыхало, я даже позавидовал.
Как?! Я не могла, я хорошо себя контролирую. Или нет?
Черт. Это не похоже на правду, но зачем Дрейку врать?
Да мало ли причин! Он столичный. У него на все свои мотивы.
— Обе истории отвратительны, я в них не верю. Почему я здесь? Мы вернулись в универ, я помню.
— До универа мы не дошли.
— Ты не пытаешься меня переубеждать?
— Зачем? Сама вспомнишь, — Дрейк вышел из комнаты, голос становился все тише. — Не знаю, как это работает. Не представляю, что с вами происходит. Но, думаю, память вернется.
Проверяю устойчивость в ногах, приподнимаясь. Довольно неплохо. Слегка пошатывает, но это не страшно. Держусь за дверь, выходя в просторную гостиную. Оттенки от темно-серых до светло-серых гармонично сочетаются, но… Так плевать. Совершенно. Никакого интереса к чужому жилищу, дайте мне просто лежать и спать весь день. Лучше сутки.