Та девушка в очках занимает раковину рядом.
— Меня, кстати, Нэнси зовут.
Вкус мяты заполняет рот. Из-за шума воды и шороха зубной щетки не разобрала сразу.
— Кара. Ты всегда так тихо разговариваешь?
Прохладная вода стекает по лицу, прогоняя остатки сонливости.
— Да, наверно. — Неуверенность Нэнси чувствуется отлично.
Это либо поможет ей выжить здесь, либо наоборот. И лучше бы первое.
Стираю остатки воды на коже. Пора освободить место другим.
— Тебя подождать на завтрак? — интересуюсь, не отходя от раковины.
Нэнси кивает с робкой улыбкой.
Киваю в ответ и иду собираться. Для первого дня выбираю один из пяти брючных костюмов. Моя слабость.
Жду Нэнси в переходе. Она постоянно дергает рукава мешковатой худи, за ней идут Джана и Фиф. Последняя придирчиво рассматривает меня и Нэнси.
— Молодец, быстро схватываешь, как здесь стоит одеваться, — Фиф хвалит Нэнси, а после смотрит на меня. — А ты точно не понимаешь, где оказалась. Безвкусное тряпье здорово убережет твое тело и нервы.
Они идут дальше. Широкие оранжевые штаны развеваются в такт шагам Фиф. Тошнотно-бордовая толстовка скрывает ягодицы. Джана одета так же, только цвета другие. Похоже, это первый урок искусства «выглядеть плохо».
Переодеться не успею, да и не во что. Из всех возможных вещей я привезла самое универсальное. Найдется одно худи и свободные брюки в комплекте.
К крему против запаха в список покупок добавился пункт с ужасными тряпками.
— Идем? Завтрак нельзя пропускать, — взволнованно напоминает Нэнси, вырывая из раздумий.
— Какой-то бред. Почему именно завтрак? День закончится, если кто-то не придет в столовую вовремя?
Нэнси пожимает плечами, шагая рядом.
Я не ждала, что у нее найдутся ответы на вопросы.
Столовая в новом корпусе впечатляет. Стены из панорамных окон с обеих сторон, много света, минимализм, организованное пространство. Круглые столы, скатерти, мягкие стулья. Выглядит дорого.
Где обещанное разделение?
Кручу головой в поисках, например, выгребной ямы, перевернутых вверх дном мусорных контейнеров с ветхими стульями по бокам. Ничего такого. Слева от входа в полутени расставлены обычные столы, будто спрятанные от глаз столичных. Видимо, чтобы мы своим видом аппетит не портили.
Беззвучно фырчу и сажусь за ближайший к выходу стол, спиной к дверям. Нэнси садится рядом. Она бесконечно натягивает рукава, ставит локоть на стол, стараясь прикрыть лицо от заходящих в столовую.
— Не думаю, что стоит опасаться, — киваю на остальное пространство, заполненное студентами. — Наверняка кто-то из преподавателей тоже здесь, не позволят творить дичь.
Остальные три места за нашим столом занимают незнакомые ребята — два парня и девушка. Непонятно первокурсники или бывалые.
Еда на первый взгляд не отличается от той, чем кормят столичных. Я не присматривалась. Главное съедобно, вроде не отравлено, блевать не тянет.
Кусочек абрикоса попадает не в то горло, когда я чувствую его. Тот запах, мгновенно поднимающий внутри волну цунами, готовую захлестнуть всех, но направленную только на одного.
Не надо оборачиваться, чтобы понять, кто появился в столовой.
Откашливаюсь, хватаюсь за чай запить першение, вдруг удастся и остальное «залить». Увы, ничего не меняется. С каждым вдохом внутренности плавят раскаленным железом, обжигают ноги, чтобы они донесли все тело до него.
Незнакомец занимает стол по центру. С ним та же компания, что была вчера у ворот.
— С тебя полтос, — один из парней за нашим столом, кажется, Мишель, весело посматривает на Рину, новоиспеченную второкурсницу. — Я же говорил, в первый день он приедет раньше.
— После пар отдам, — Рина кривит губы, кого-то буравит взглядом. — Какого черта? Он всегда приезжает к концу завтрака.
— Первый день, — хмыкает Олдос.
Они втроем учатся вместе. Вместе прошли первый курс, наверняка этим же составом рассчитывают протянуть и новый учебный год.
— Вы о нем? — указываю головой на центр столовой.
Рина откидывается на спинку, хмурится и сцепляет руки на груди.
— Макс Малин. Та еще заноза в этой большой заднице.
— Огромная заноза в огромной заднице, — добавляет Мишель.
— С ним лучше даже не разговаривать, — Олдос косится в сторону Малина. — А еще лучше вообще не попадаться на глаза.
Сперва легкие пробкой заткну. Невероятная сила внутренне тянется к Малину. Покалывание в томительном ожидании по всему телу как изощренная пытка.