Они явно ждали не этого. Былой энтузиазм угас, и почти сразу заискрил с новой силой.
— Вас ждет Королевская охота, — с трепетом растягивает Рина.
— Узнаете всю глубину Сумрачного леса, — подхватывает Мишель в тон.
— И научитесь бегать, — заканчивает Олдос, покачивая вилкой.
Нэнси почти доела. Осталось немного, но теперь ее внимание приковано к второкурсникам.
Согласна, тема интересная.
— Вы тоже в таком участвовали? — Я ставлю локти на стол, и по очереди смотрю на трех друзей, или…
Кто они друг другу? Я ведь понятия не имею. Звучат так складно, что закрадываются смутные подозрения…
— И не только мы, — кивает Рина.
— На самом деле, этапы одни и те же из года в год, — Олдос усмехается.
— Меняется только очередность, — Мишель откидывается на спинку стула.
— Странно, что Охоту поставили в начало.
— Обычно она ближе к концу…
— Чтобы не отбить желание участвовать дальше.
Кручу стакан, дно тихо елозит по столу.
— А если наоборот? Хотят задать мотивацию победить и свалить отсюда.
Трио переглядывается.
— Здравая мысль, — Мишель выходит из-за стола, за ним тянутся остальные.
Нэнси торопливо допивает чай.
К столу в центре зала подтягиваются столичные. Те, кто приезжает последними.
Мне тоже пора уйти подальше, пока Малин не появился. Без крема я его почувствую на расстоянии, как и он меня. Не стоит зря дергать удачу за хвост, можно ненароком его открутить.
Совсем незаметно испариться из столовой не получается — Оливия с надменной ухмылкой преграждает путь. Шагаю на нее и сама же отступаю, потому что столичная невозмутимо стоит на месте.
Длинный острый черный ноготь цепляет прядь моих волос.
— Я по твоей мордашке даже соскучиться успела.
Слежу за движением вниз, за вернувшейся на место прядью.
— Не могу похвастаться тем же.
Раздувать конфликт не лучший вариант. Шагаю вбок, чтобы обойти столичную, а она отзеркаливает меня. Блондинка на каблуках гораздо выше. Не очень-то хочется видеть ее самодовольную рожу, но лучше смотреть в лицо, а не в сиськи.
— Кисунь, урок хороших манер остается в силе.
Отступаю на полшага и пожимаю плечами.
— Ты можешь и на курс по минету записаться, мое разрешение получать необязательно.
Оливия с кошачьим прищуром улыбается как очень довольная хищница.
— Твой язык острый во всех смыслах? Я хочу проверить.
— Я вставлю в него бритву, — обещаю серьезно.
В ответ получаю тихий пробирающий смех.
Нэнси сбоку сжимает лямку сумки, явно не зная, что делать. Студенты проходят мимо и с интересом на нас косятся.
Комедия, достойная пера классиков. Трагедия неизбежна.
В легкие пробирается его запах. Слабое оповещение о приближении Малина.
Что делать? Сорваться и позорно сбежать? Дать Оливии повод гордиться собой, а мне добровольно превратиться в жертву?
Сглатываю подступивший к горлу ком. Возбуждение невесомо лижет живот изнутри, пока легкие с каждым вдохом напитываются Малиным.
Проклятье. Мы оба без крема.
— Зачем же так? — мурлычет Оливия с наигранной печалью. — Я не хочу, чтобы ты пришла в негодность. Кисунь, ты мне нужна целой.
Вся ненависть, предназначавшаяся истинности, направляется на столичную.
Сложно ненавидеть, когда поблизости тот, кто плавит мозг и тело.
— Уйди, — испепеляю блондинку взглядом.
Вдруг я еще успею сбежать, если ты не будешь стоять у меня на пути.
Вместо отступления, она, наоборот, шагает ко мне. Вновь слишком близко.
— Ничего, я не обижаюсь, — ее ноготь снова пронзает прядь моих волос. — Ты научишься правильно разговаривать.
Голубая шелковая блузка перед глазами — сплошное размытое пятно. После вчерашнего мягкого запаха вновь чувствовать всю его мощь… вкус…
Черт…
Впиваюсь клыком в губу с мысленным протяжным стоном.
Близко… Слишком.
Колени дрожат, но главное устоять. Сжимаю кулаки, больно вдавливая ногти в нежную кожу. Отвоевать немного трезвости уже удача.
Шлейф самого вкусного аромата едва не сносит волной.
Рот на потерявшем четкость лице открывается, слова смазываются в неясный звук.
Оборачиваюсь едва не падая. Малин довольно грубо сжимает предплечье Оливии и утаскивает ее к столу. Мышцы под рубашкой натянуты, на кулаках отчетливо проступают линии вен. Он тяжело дышит, но не оборачивается.
Оливия что-то спрашивает у него, смеется, а он не реагирует.
Ноги инстинктивно разворачивают меня к нему. Шаг в его сторону. Второй.
Туман в голове, желание прижаться и не отпускать, влага между ног…
Кричу на себя мысленно, останавливая.
Ни шага больше! Ни одного!
Малин опасно сжимает спинку стула. Напрягшиеся мышцы увеличили его на размер точно. Приковали мое слабовольное внимание.