— Идем? — задерживаюсь возле нее.
— Разве у нас есть выбор?
У нее совсем сникший голос. С таким настроем только помирать.
— Думай о хорошем.
Отличный совет. Никогда им не пользуюсь, но вдруг Нэнси поможет?
Она вяло улыбается и кивает.
Стараюсь не принимать всерьез бесконечное множество слухов об этом этапе конкурса. Буду делать выводы, когда услышу официальные правила. Суть, конечно, понятна: приезжие убегают — столичные догоняют. На одного первокурсника один столичный. Они сами выбирают, кто будет в рядах охотников.
Место всегда одно и то же: резиденция богатеев и лес вокруг нее. Территория огорожена, заблудиться можно, а совсем сбежать не получится. Наверняка какие-то меры безопасности предприняты дополнительно.
Рассаживаемся в уже знакомом автобусе, на нем нас возили в клуб. Кажется, что с того момента прошла вечность.
Мертвецкой тишины, как в первый раз, не было. Тихие разговоры сопровождали всю дорогу. Я на болтовню не была настроена, и просто смотрела в окно.
Дорога пролегала между полями и фруктовыми садами. Мы проехали несколько ферм и сельскохозяйственных поселений. Здесь нет ни одной высотки, они все остались далеко позади. В этот раз мы не покинем пределы Зеленого района, а углубимся в него.
Зеленые хвои смешиваются с разноцветной листвой. Трава на небольших полянках застлана шуршащим ковром.
Автобус проезжает высокий кованный забор, но резиденции не видно: только дорога и деревья по краям. Сворачиваем вправо, затем влево, но пейзаж не меняется. Снова поворачиваем направо и, наконец, перед нами длинное двухэтажное здание и ухоженный сад из простых кустарников. Парковка заставлена авто разных цветов.
Чудесно, наши «хозяева» уже здесь.
Нас высаживают на приличном расстоянии от двустворчатых дверей. Спенсер появился сразу, стоило первому студенту сойти с автобуса.
— Не разбредайтесь! — командует куратор, приближаясь. — Разместитесь, потом пройдетесь по округе. В радиусе километра ходить разрешено.
Потрясающая щедрость. Нам бросили километровый поводок, впору плясать от счастья. Лишь бы его не расплескать.
— А мы здесь под официальным надзором университета или все же по прихоти столичных? — Мадина с вопросом выходит из автобуса последней.
Спенсер растягивает губы в дружелюбной, но ироничной улыбке.
— Оставь вас без присмотра, потом искать замучаемся, — он разворачивается и дерганной походкой направляется к дверям. — Мы с профессором Гринвуд здесь в коротком отпуске. Вы сами по себе, мы — сами, но за вами следим. Слезы и сопли никому подтирать не буду, нытье: «Он грубо мной воспользовался», — слушать не стану. Мальчиков тоже касается.
Потрясающий человек. Во всех смыслах.
Роскошный холл призван вызвать положительные эмоции, но я лишь уныло подмечаю стильный интерьер и смотрю на куратора.
Работники этого чудесного места отличаются строгой формой темно-зеленого цвета. Они проводили нас недоверчивыми взглядами, будто мы всем скопом вынесем половину предметов, отвечающих здесь за роскошь.
Спенсер точно знает, куда идти. Он уверенно ведет нас по коридору с толстым ковром. Он напрочь заглушает шаги. Так и не понять, что идут почти два десятка человек.
— Ваши комнаты на первом этаже, остальные студенты на втором, — куратор не тратит время зря и по пути проводит вводную лекцию. — Спален хватило на всех, так что живете по одному. Завтрак для посещения обязателен, все услышали? Ужин в семь.
Разрозненные звуки «угу, ага» заполняют помещение.
— Где-то здесь ваш зал для посиделок, — Спенсер крутит пальцем. — Найдете, не маленькие. Столичные наверху. Мы с профессором Гринвуд в другом крыле. С личными драмами не принимаю, с существенными проблемами — добро пожаловать. Все. До завтра.
Он, не останавливаясь, пошел дальше, а нас оставил у вереницы закрытых дверей.
— Комнаты сами делите между собой!
С фырканьем тяну на себя дверь напротив. Какая разница, где спать две ночи? Здесь кровати уж точно лучше, чем в универе.
Нэнси заходит в соседнюю комнату, остальные тоже разбредаются. Захлопываю дверь и поворачиваю замок на всякий случай.
Покалывающая волна удовлетворения пробегает по телу. Я одна в комнате, у меня двуспальная кровать, и никаких гневных соседок!
Маленькая радость среди большого хаоса.
Приятный интерьер в коричнево-белых тонах радует глаз. Ни трещин на стенах, ни мигающей лампы под потолком.
Бросаю сумку рядом с кроватью, подпрыгиваю и тону в мягкой постели.