Останавливаюсь вместе с Нэнси. С ее и без того бледного лица схлынула вся кровь.
Что ему надо?
— Не трясись, — усмехается он, не двигаясь. — Будешь подо мной?
Наивные глаза Нэнси за очками поблескивают огромными сапфирами.
— Под тобой? — тихо лопочет она, сжимая натянутые рукава.
— Плохо слышишь?
Нэнси мотает головой, смотря на неизвестного в капюшоне.
Чертовы столичные. Кроме презрения ничего не вызывают. Ненавижу.
— Сам под собой будь, — бросаю зло, хватая Нэнси за руку. — Тебе понравится.
Не вижу — чувствую пристальный взгляд.
— Заступница? — Его спокойная насмешка подогревает раздражение. — Пятая комната. Когда передумаешь — придешь, — он небрежно взмахивает рукой в мою сторону. — Ее с собой не бери.
Пальцы колет от желания врезать по наглой роже.
— Не передумает, — заявляю твердо и утаскиваю Нэнси за собой.
Парень усмехается так, словно уверен в обратном.
Моей злости хватит на двоих. Нэнси будто пребывает в некоем вакууме, где никаким эмоциям, кроме страха, нет места.
— Он идиот, вот и все. Не думай о нем.
В ответ доносится тихое: «Спасибо».
Дверь моей комнаты наконец-то возникает перед глазами. Переоденусь, быстро соберусь… Потрачу на поездку часа три. Если повезет — меньше. Точно успею вернуться до закрытия ворот.
Они блокируются в девять часов вечера, их с пульта открывает дежурный охранник. Столичных до одиннадцати впускают всех без исключения, а нас, приезжих, оставляют до утра на улице.
Возможно, улыбнется удача в виде загульного столичного, чтобы пройти вместе с ним, но лучше на это не рассчитывать.
***
На выходе прикладываю кулон с личным кодом к сканеру ворот. Система фиксирует покидание территории университета, замок щелкает и ворота приоткрываются.
Серебряная цепочка поблескивает под лучами солнца. Прячу топаз в форме сердца под ворот бежевого худи. Личный код записывают на любую удобную человеку вещь при въезде в столицу, не приходится таскать с собой документы.
Микроавтобус неторопливо увозит меня все дальше от универа. Высотки впереди отражают друг друга, небо, свет. Высятся гигантами, давят своей внушительностью.
Зеленый район — один из немногих спокойных территорий столицы. Благодаря университету, здесь по-прежнему много парков. Отдельно стоящие коттеджи различаются размерами и вычурностью. От одних веет очевидным безвкусием из-за обилия денег, от других чопорностью.
Табличка на въезде в Оранжевый район подсвечивается светодиодной лентой в цвет. По краям дороги друг напротив друга высятся узкие сканеры. Автобус замедляется, проезжая между ними, чтобы система зафиксировала личные коды всех, кто пересекает невидимую границу.
Такие штуки установлены на въездах и выездах каждого района. Неусыпный контроль.
Не люблю столицу так же, как она не любит приезжих.
Небоскребы престижного Желтого района вдалеке привлекают внимание. Яркое солнце словно намеренно выделяет их. Делает доступными для обозрения.
Автобус замедляется перед очередными рамками на въезде в Голубой район с кучей маленьких магазинов. Один из моего списка располагается здесь.
Внимательно слежу за дорогой, чтобы не пропустить остановку и не бродить в поисках нужной улицы. У меня не так много времени.
Теплый ветер бьет в лицо, едва ступаю на тротуар. Дверь за спиной беззвучно закрывается, автобус едет дальше, оставляя меня в незнакомом месте.
Автомобили проносятся мимо, создавая беспрерывный шум. Погруженные в себя прохожие никого не замечают.
Поправляю сумку на плече и направляюсь к пешеходному. Первый магазин находится через дорогу. Он оказывается маленьким квадратным помещением с развешанными по стенам сомнительными амулетами. Мужчина за прилавком внимательно выслушал, что мне необходимо, и сообщил неприятную новость: такого крема у него нет.
Вероятность найти искомое в двух других магазинах остается. Надежда теплится и не угасает всю дорогу.
Приятная женщина в следующем пункте назначения с сожалением качает головой, и трещина в уверенности достать чертов крем разрастается. Хрустальный шар грозит взорваться миллионом осколков.
Последний магазин расположился в Красном районе. До последнего надеялась, что ехать туда не придется. Черный, Красный, Серый — три района, в которые хочется попасть в последнюю очередь. Лучше бы их вовсе обходить стороной.
Поборов тревожное покалывание в стопах, захожу в полупустой автобус. В Красный район желающих ехать немного. Четыре экземпляра — все мужчины сомнительного вида.
Неприятные взгляды прилипают к телу. Борюсь с желанием демонстративно скривиться, и отворачиваюсь к окну. Тепло уверенности немного успокаивает — в потайном кармане сумки припрятан перцовый баллончик. Слабая защита, и все же поможет выиграть время. К поездке в столицу я подготовилась. Учла практически все, кроме истинности.