— Сигаретку? — она протянула раскрытую пачку вздрогнувшей от неожиданности Элис. — Говорят, помогает успокоиться.
— Ты же знаешь, я не курю, — не поворачивая головы, ответила та. — Я думала, что и ты давно бросила.
— Бросила.
— Тогда зачем тебе эта пачка? — Элис прищурилась и все-таки посмотрела на Николь. — Тем более полная, — она определенно заметила, что все сигареты на месте.
— Я купила ее, когда ты пришла в отдел, — хмыкнула она, вспомнив, что курить хотелось до дрожи в коленях, стоило только увидеть бывшую девушку. — Пару раз чуть не сорвалась.
Элис промолчала и лишь вздохнула, задумавшись о чем-то — наверняка у нее тоже имелось средство борьбы со стрессом и желанием прибить бывшую подружку. Если ничего не изменилось, то свои эмоции она предпочитала выплескивать в рисунках. Николь не удивилась бы, найдя у нее тонну набросков изображающих ее смерть различными изощренными способами. Она частенько замечала, как та малюет что-то в своем блокнотике.
— Зачем ты здесь, Ники? — вдруг спросила Элис, по правде говоря, поставив в тупик этим вопросом.
— Раскрываю преступления, как и ты, — попыталась отшутиться Николь, прекрасно понимая, что от нее ждут не такого ответа.
— Я серьезно.
Николь ответила не сразу. Непросто было смириться со всем происходящим даже внутри себя, не говоря о том, чтобы произнести это вслух. Да еще и той, кто вызывал эту бурю смятения. И все же она взяла себя в руки и произнесла на выдохе:
— Я волнуюсь за тебя, Элис.
— Не стоит, — тут же отреагировала та холодным тоном. — Лучше позаботься о себе, а я сама разберусь.
С этими словами она поднялась и направилась к дверям участка, но Николь, резко подскочив, схватила ее руку, не позволяя уйти. Она настойчиво развернула Элис к себе. Она не особо отдавала себе отчет в том, что творит и чего хочет добиться, но решила не останавливаться.
— Не обязательно быть такой стервой, Элис! — выпалила она первое, что пришло в голову.
— Прежде чем называть меня так, на себя посмотри, Ники! — вырвав руку, ответила та, снова заставив смотреть на нее снизу вверх. — С самого моего прихода не было ни дня, чтобы ты не цеплялась ко мне со своими глупыми шуточками. И ты думаешь, что пара дней может что-то изменить? Ты глубоко ошибаешься.
Их перепалка привлекла внимание проходивших мимо людей и стоящих у входа офицеров. Какое-то время они были лишены зрелищ в виде их ссор, и теперь переговаривались и хихикали.
— Я просто хотела помочь тебе, но ты никогда не давала мне шанса. Ни тогда! Ни сейчас! — Николь не хотела переходить на крик и привлекать еще больше внимания, но последние слова произнесла, невольно повысив тон.
— Мне не нужна твоя помощь, Ники. Просто держись от меня подальше, — процедила сквозь зубы Элис и, резко развернувшись, быстрыми шагами направилась обратно в участок.
— Твою ж мать! — буркнула Николь, провожая ее взглядом.
Она выглядела идеально в строгом сером костюме, еще и элегантно покачивала бедрами при ходьбе. Даже сейчас, после ссоры, Николь все равно чувствовала, что больше не может ее ненавидеть, да и, похоже, никогда не могла. И она бы с радостью выполнила просьбу «держаться подальше», но им еще предстояло вместе вести дело. Как бы то ни было, придется вернуться в маленькую комнату. К Элис.
— Чего уставились? — рявкнула Николь, метнув полный ярости взгляд в сторону оживленно обсуждающих произошедшее офицеров. На какое-то мгновение они смолкли, но стоило отойти на пару шагов, как снова послышался гул их голосов и смех.
Войдя в комнату, помимо команды Николь увидела капитана и помощника судмедэксперта, имя которого снова затерялось в чертогах сознания, а также Келлума — криминалиста, не раз выручавшего ее, когда приходилось немного обойти протокол. Николь старалась даже не смотреть в сторону Элис, боясь ненароком выдать какую-нибудь колкость или грубость. Конечно, царившее между ними напряжение не укрылось от Мэтта и Уинтерса, но оба не говорили ни слова. Хотя уверенность в том, что напарник вскоре начнет расспрашивать ее о произошедшем, росла с каждой секундой. Чтобы не думать о неприятном, Николь полностью погрузилась в обсуждение. Оказывается, вскрытие принесло отличные новости: помимо найденной в ране жертвы частицы, под ногтем обнаружился волосок, и сомнений, что он принадлежал убийце, не возникало.
— Завтра мы получим ДНК Пирса, так что будет, с чем сравнить, — потирая руки, довольно сказал Мэтт.
— ДНК — это, конечно, хорошо, но пока на наш запрос ответят, пройдет минимум неделя. — Бэйкер покачал головой.
— Не волнуйтесь, капитан, я помогу ускорить этот процесс. Направим прямиком в нашу лабораторию, — улыбнулся Уинтерс.
— Конечно, всю грязную работу делаем мы, а самые крутые игрушки у ФБР, — пробурчала Николь.
— Сандерс, еще один подобный комментарий и пойдешь пешком патрулировать улицы, — грозно взглянул на нее Бэйкер, вызвав сдержанные смешки присутствующих.
— Молчу-молчу, — она сымитировала жест, будто запирает рот на замок и выбрасывает ключ.
— Правильное решение, — кивнул капитан и обратился к принесшему результаты анализов криминалисту, — Келлум, а что там с найденной частицей?
— Она состоит из волокон. Это синтетический полиамид. Могу озвучить формулу, но, полагаю, вам она ни о чем не скажет, — с видом ученого, и явно не обращая внимания на то, что не все понимают, о чем идет речь, начал объяснять он. — Судя по коэффициенту преломления, это классический нейлон шесть и шесть. Цвет я бы охарактеризовал как темно-серый, ближе к черному.
— И где он используется? — спросил Мэтт.
— Проще сказать, где он не используется, — вставил Уолли и поджал губы. — Его впервые синтезировала фирма «DuPont» аж в тысяча девятьсот тридцать пятом году, хотя запатентовали его только в тридцать восьмом, ну а в массовое производство он поступил и того позже, — с энтузиазмом завел свою любимую шарманку никому ненужных фактов техник, — но его используют в производствах самого широкого спектра: от тканей для одежды и щетинок зубных щеток до парашютов и струн. Некоторые компании даже пакетики для чая из него делают.
— Полагаю, что чай с жертвой этот ублюдок вряд ли распивал, — Николь решила прервать явно собирающегося продолжать Уолли. — Это нам ни хрена не дает. Он мог завернуть тело в брезент, купленный за пару баксов, а мог чистить рядом с ней зубы. Супер.
Она заметила, как техник разочарованно поджал губы и вернулся к мониторам. Наверное, его задевало то, что никто никогда не хотел дослушивать его до конца. Николь и сама не находила интересным то, что у Уолли вызывало бурный восторг. Хотя, безусловно, такой подкованный почти во всех сферах парень — находка для участка. Он мог бы заработать кучу наград, включая Нобелевскую премию, но зачем-то продолжал работать в полиции. Но именно умения Уолли помогли раскрыть многие преступления.
— Это еще не все, детектив Сандерс, и если ты закончила, то я продолжу, — взглянул на нее Келлум и едва заметно усмехнулся, когда капитан снова пригрозил ей. — В лаборатории провели спектральный анализ, а также измерили коэффициенты преломления под разными углами, что дало возможность оценить…
— Давай к делу, Келлум, — Бэйкеру, как и многим копам, никогда не нравилась научная чепуха, которую обязательно вываливали на них криминалисты.
— Не буду вдаваться в нудные подробности, — кивнул тот, — такой состав и способ обработки волокон характерен для прочного, но в то же время эластичного материала.
— Так все-таки брезент? — уточнил Мэтт.
— Ничего удивительного. Мерзавцы любят заворачивать тела жертв в него, — с отвращением прокомментировал Бэйкер, — дешево и чисто.
— Да, но я бы не назвал это брезентом. Способ обработки нейлона для производства брезента несколько отличается от нашего волокна, — продолжил Келлум. — В результате получается не ткань в привычном понимании, а нечто другое, но что, мы понять так и не смогли. Все данные есть в отчете. Возможно, вам повезет больше. Также на поверхности обнаружены следы химического вещества, наша лаборатория все еще выясняет, что это такое.