– Вы следили за мной.
– Приглядывал. Не хотел, чтобы случилось что-то плохое.
Когда принцесса мягко подалась в сторону, точно инстинктивно желая остановить происходящее, ладонь существа опустилась на ее шею. Чепец окончательно спал с головы, и волосы, словно смоляная река, растеклись по плечам, по спине, достав до изящно-тонкой талии. Юбка оказалась задрана, принцесса – прижата к стене. Ей не скрыться. Да и… Нужно ли? Поцелуй коснулся щеки, нежно и ласково, губы скользили по шее вниз, задевая ключицу: все еще спрятанную под защитой хлопка. Элизабет еще не знала мужчин, но слышала разговоры о том, как знакомство происходит. Она чувствовала себя готовой, и страх отчего-то не туманил голову.
Слегка влажные пальцы ночного гостя прошлись там, где никто прежде не трогал. Лиззи тихо выдохнула, и существо подалось ближе. От его тела шел холод, и Элизабет на мгновение задумалась о том, что сама она кажется своему партнеру горячей, почти обжигающей. И этого жара должно было хватить на двоих. Лиззи приоткрыла губы, понимая, что близится. Та ее часть, что заключала в себе все уроки чопорных гувернанток, все наставления хранителей добродетели, та ее часть еще пыталась сопротивляться. Но Элизабет предпочла игнорировать эту свою сторону. Она станет женой этому существу, она родит ему ребенка, она остановит войну. Если поддастся сейчас…
Поддастся этому чувству. Бери он ее силой – принцесса окажется оскверненной, несчастной овечкой в лапах голодного волка. Только Лиззи не была ни ягненком, ни овцой, нет. Она получит то, на что даст согласие, то, чего хочет. Принцесса почувствовала, как существо развернуло ее лицо к себе, как его холодные, но мягкие губы прижались к ее собственным. Первый поцелуй во время первой ночи… Боль вторжения была легкой, мимолетной. Она приправляла удовольствие, заполнившее грудь до самого края. Лиззи вскрикнула, и сэр Ланс подался ближе, подарив принцессе странное чувство заполненности.
Ее жених не спешил, но Элизабет казалось, что все происходит слишком быстро. Она должна была чувствовать себя смущенной, сломленной, «честь» ее забрали до свадьбы… Но неужели все это время честь ее хранилась между ног? Мурашки пробежали по плечам, неся с собой отголоски щекочущего удовольствия. Принцесса чувствовала себя победительницей, а не побежденной. Разве она не желала стать хорошей правительницей? Выйти из этой башни? Остановить войну? Сделать жизнь своих подданых лучше? Кожа тихо касалась кожи, и звук, издаваемый этими касаниями, казался Элизабет вместилищем порока. Сама она была сосудом зла, и словно лишь сейчас дала ему волю.
Напор нарастал, ночной гость двигался все быстрее, и стоны, срывающиеся с губ принцессы стали громче. Она сама не заметила того момента, как начала подаваться навстречу наслаждению, требовать еще и еще, захватывать власть. Дыхание существа участилось, и сквозь осторожные поцелуи можно было почувствовать улыбку, тянущую его губы. Видел ли он эту часть ее натуры, смотря за принцессой в окно?
Жар затопил щеки. Он поднялся вверх к лицу, зародившись где-то в животе, там, где страсть разгоралась особенно ярко. Наслаждение накрыло волной, прошлось по ногам, спряталось под бледной кожей. Лиззи затаила дыхание, и сомнения окончательно покинули ее. Тело незнакомца дрогнуло, но ни звука не слетело с его покрасневших от поцелуев губ. Кто бы знал… Что у монстров нежная кожа.
Удовольствие растеклось где-то под кожей, прошлось по мышцам, заставляя те сжаться. Холодный язык мягко дотронулся до шеи девушки. Он показался Элизабет слишком длинным, но принцесса не обратила внимания. Что, если внешние различия - единственные? Что, если внутри двух видов кипят те же чувства, те же страхи и привязанности? Принцесса прикусила губу, когда ночной гость набросил на ее плечи сброшенный в порыве страсти халат. Лиззи видела, как существо ногой отпихнуло чепец в дальний угол комнаты.
– У вас такие красивые волосы, моя принцесса, – выдохнул оно ей в ухо. – Для чего же их прятать? – ночной гость словно искренне не понимал.
– Дань моде, – дыхание ее было неровным, и Элизабет говорила тихо. – Наша с вами свадьба...
– Вы – принцесса, прекраснейшая из принцесс. Вы ведь можете устанавливать моду самостоятельно. Как королева, – Ланс прерывался, чтобы целовать ее шею. – Вы можете делать все.
– Все, – усмехнулась наследница престола. – Вы обесчестили меня, – ответила Элизабет, но в ее голосе не было ни упрека, ни обиды. – Теперь я не могу даже взглянуть в глаза собственному отцу.
– Нет, милая, нет. Не бойтесь за свою честь. Я ведь возьму вас в жены, как и было предначертано. Как гласит договор, – добавило существо, выдержав паузу. – ваша честь не будет запятнана, а честь вашего отца восстановится.