– Вижу, вы начали понимать, милая принцесса, – оно словно читало мысли. – Тогда теперь можно рассказать, что ждет вашего отца, – улыбнулся собеседник. – Все зависит лишь от вашей покладистости, от того, как хорошо вы отыграете спектакль.
– Почему вы просто не прикинулись Ланселем на нашей свадьбе? – шепнула Лиззи, и губы ее дрогнули.
– Вы бы узнали меня, позвали стражников, испортили такой прекрасный мирный исход. Да и можно ли выдавать себя за другого на свадьбе? – глаза существа сузились. – Подобное однажды привело к плохим последствиям, – оно задумалось на мгновение, словно вернулось в далекие года. – Я знаю, что вы не жаловали этого ублюдка.
– Но я все же не желала ему смерти, – Лиззи попыталась вспомнить точно, понять, не врет ли сейчас.
Память подвела, если судить по ухмылке существа. Оно сделало шаг в сторону, следующий, еще один. Оно обходило пленницу старой башни кругом, словно пыталось вести принцессу в танце. Элизабет не повернула голову, чтобы проследить за следующим движением. Она почувствовала, как Ланс коснулся ее волос, как пальцами он провел по длинному черному локону, выбившемуся из прически. Самой себе плести косы у принцессы получалось весьма скверно.
– Отец никогда не примет вас, если вы… Если вы – то, о чем я думаю.
– И о чем же вы думаете, моя принцесса? – шепнул гость, наклонившись к ее уху. – О темных невежественных тварях, живущих к северу от королевства вашего отца? О существах, дни коротающих в болоте, а ночи – в поисках человеческой плоти, да? Вы не знаете о нас ни единого слова правды.
– Может быть, – согласилась принцесса. – Но отец…
– Упрямый человек, – усмехнулось существо. – Я знаю, знаю. Поэтому мы пришли сразу к вам, ведь правда? У нас есть возможность заключить мир без крови, спасти сотни тысяч жизней что с одной, что с другой стороны, предотвратить катастрофу, – голос существа лился тягуче-сладко, словно мед, покидающий восковые соты.
– Вы…
– Ценим жизни наших собратьев так же, как и вы? – существо пропустило локон ее волос сквозь пальцы, придвинулось ближе и вдохнуло полной грудью. – Мы отличаемся не так уж сильно. Во всяком случае, внутренне.
Лиззи прикрыла глаза. О «враге» она знала не много. Принцессу не посвящали в военные планы, не учили распознать чудовище, выползшее из своих болот за ее головой. Сейчас это казалось Элизабет странным. Может отец считал, что рядом с дочерью всегда будет охрана, что ее спасут, если кровожадная тварь попытается напасть, но… Принцесса почувствовала, как тело на мгновение сотрясло от досады. Если бы ей больше доверяли, если бы не считали слишком мягкой для подобных знаний, Лиззи знала бы, что делать, если чудовище ждет на лестнице внизу.
Но, может, тогда она знала бы и то, что «монстры» отличаются от людей не столь сильно, чтобы ненавидеть их всеми фибрами своей души? Лиззи сжала губы плотнее. Что еще отец мог от нее скрыть? Если так подумать, если вспомнить былое, король ведь никогда не рассказывал ей ничего конкретного. «Они» нападают, «Они» – опасность, «Они» – другие. Кто «они»? И чем угрожали отцу и миру, что построили его далекие предки?
– Вы хотите обьединить наши дома скрытно? Чтобы мой отец об этом не узнал? – спросила Элизабет тихо. – Но ведь это невозможно. Если… Если мы поженимся, и у нас родится ребенок, наследник…
– Когда он родится, – поправил монстр. – Вы можете не переживать об этом, принцесса. Ребенок будет больше человеком, чем чудовищем. Я ведь не сильно похож на монстра, верно?
– Но вы убили двоих людей, чтобы сюда добраться. Как минимум двоих. Ланселя, его отца, моих слуг, – перечисляла девушка.
– Ваши слуги живы, – поспешил гость. – Знали бы вы скольких убил ваш отец, Элизабет, – оно впервые назвало принцессу по имени, и что-то шевельнулось в ее груди, заворочалось от легкой неприязни. – Вы ведь не считали его чудовищем после такого.
И верно. Лиззи знала, что отец ведет много войн, что он развязывает один конфликт за другим, что советники часто жалуются на его горячность, и все же… И все же принцесса никогда не придавала этому особого значения. За словом «война» для нее никогда не скрывались человеческие или нечеловеческие жизни, не было за ним страха, пота и крови, не было звона стали в неравном бою. Для нее, наследницы престола, война – это лишь победа или проигрыш, это деньги и земли, которые можно потерять или получить. Может быть, она – чудовище? Даже если не умеет менять облик по заказу…
Существо сделал шаг в сторону, затем еще один, оно оказалось у девушки за спиной. Принцесса обнаружила себя стоящей возле окна, смотрящей в бесконечный мрак ночи. Гроза прекратилась. На секунду Лиззи показалось, что была она лишь в ее голове, что ни слуги, ни чудовища не видели всполохов в темном небе. Что там с Дженни? Принцесса и хотела спросить, но что-то мешало, словно до служанки все не доходили руки, словно все остальное – невообразимо важнее человеческой жизни. Во всяком случае, если эта жизнь принадлежит не самой Лиззи.