Послышался щелчок, и мужчина упал на землю — и каждый вампир, находившийся неподалеку от того места, задержал дыхание. Эстель упала на пол, в четырех или пяти футах от Вульфи. Я отвела взгляд и неожиданно увидела, как Марсилия смотрит на меня. Она хотела моей смерти, я видела это в ее голодном взгляде. Но сейчас у нее были более насущные дела.
Марсилия указала на кресло, приглашая Стефана. — Прими мои извинения за задержку.
Стефан пристально посмотрел на нее. Если его лицо и выдавало, какие-либо эмоции, то я не смогла их прочитать.
Он сделал шаг вперед, и она остановила его еще раз. — Подожди. У меня есть идея получше.
Она посмотрела на меня. — Мерседес Томпсон. Подойди и дай нам вкусить твою истину. Свидетельствуй для нас, о том, что ты видела и слышала.
Я сложила руки на груди, не в прямом отказе — но я не спешила выполнять ее приказ. Это было шоу Марсилии, но я не позволю ей взять верх над всем. Уоррен рукой сжал мое плечо — демонстрируя поддержку, — подумала я. Или возможно он пытался предупредить меня.
— Ты сделаешь, как я говорю, потому что ты хочешь, чтобы я прекратила причинять твоим друзьям боль, — она мурлыкала. — Волки — более достойные цели …, но есть восхитительный полицейский — Тони, не так ли? И мальчик, который работает на тебя. У него есть такая многочисленная семья, не так ли? Дети так хрупки, — она смотрела на лежащего человека Эстель, почти мертвого, в ее ногах.
Стефан посмотрел на нее, потом на меня. И как только я увидела его глаза, я знала, что эмоции, которые он пытался сдержать … ярость.
— Ты уверен? — спросила я его.
Он кивнул. — Давай.
Я не была в восторге сделать это, но она была права. Я хотела, чтобы мои друзья были в безопасности.
Я села в кресло и двигалась вперед, пока мои руки не вытянулись, в попытке добраться до острых латунных шипов. Я хлопнула вниз обеими руками, стараясь не морщиться, поскольку шипы впились глубоко — или не задохнуться, когда магия стала пульсировать в моих ушах.
— Пальчики оближешь, — сказал Вульфи — и я чуть дернула свою руку обратно. Мог ли он попробовать меня через шипы, или просто пытался лишить меня равновесия?
— Я отправила Стефана тебе: — сказала Марсилия. — Не расскажешь ли ты нашим зрителям, на что он был похож?
Я посмотрела на Стефана, и он кивнул. Так что я описала иссохший предмет, который упал на мой пол, на столько точно, насколько могла помнить, прилагая усилия, чтобы мой голос звучал безразлично, а не разгневано, или как-нибудь еще…неуместно.
— Правда, — сказал Вульфи, когда я закончила.
— Почему он был в таком состоянии? — спросила Марсилия.
Стефан кивнул так что я ответила ей. — Потому что он пытался спасти мою жизнь, покрывая мое участие в … гибели Андре? Уничтожении? Как назвать это, когда вампира убивают навсегда?
Кожа на ее лице истончилась, пока я не смогла увидеть кости под ней. И она была еще более прекрасна, более страшна в своей ярости. — В смерти, — сказала она.
— Правда, — сказал Вульфи. — Стефан пытался скрыть твое участие в смерти Андре. — Он огляделся по сторонам. — Я
так же помог скрыть это. В то время, казалось, что нужно это сделать… хотя я позже раскаялся и признался.
— На двери твоего дома — скрещенные кости, — сказала Марсилия.
— Моей мастерской, — ответила я. — И да.
— Знаешь ли ты, — сказала она, — что ни один вампир, кроме Стефана не может зайти в твою мастерскую? Это твой дом в той же мере, что и жалкий трейлер в Финли.
Почему она сказала мне это? Стефан тоже наблюдал за ней.
— Расскажи нашим зрителям, почему кости.
— Предательство, — сказала я. — Или так мне сказали. Ты попросила меня убить одного монстра, а я решила убить двух.
— Правда, — сказал Вульфи.
— Когда Стефан узнал, что ты ходячая, Мерседес Томпсон?
— В первый раз я встретилась с ним, — сказала я ей. — Почти десять лет назад.
— Правда, — сказал Вульфи.
Она посмотрела на открытую трибуну снова и обратилась к кому-то там. — Запомните это. — Она повернулась, чтобы посмотреть на меня, затем перевела взгляд на Стефана, когда спросила меня: — Почему ты убила Андре?
— Потому что он знал, как сделать вампира-колдуна одержимого демоном. Он сделал его однажды, и ты с ним планировала повторить это. Люди умерли из-за его игр — и больше людей умерло бы из-за тебя, обоих вас.
— Правда, — сказал Вульфи.
— Какая нам забота, как много людей умрет? — спросила Марсилия, махнув в сторону мертвого человека и обратилась к каждому присутствующему. — Они недолговечны, и они еда.