Было еще светло, поэтому призыв Стефана не сильно поможет.
Со второй попытки, он поднял меня и понес к машине. С звуковым сигналом открылся багажник и он меня кинул в него. Моя голова несколько раз отскочила от пола. Когда я разберусь со всем, Эмбер рискует стать вдовой.
Царапая кожу, он резко завел мои руки за спину и обмотал их скотчем. Та же участь постигла мои лодыжки. Открыв мой рот, он запихал в него носок, пахнущий кондиционером для белья и немного Эмбер и закрепил его, обмотав эластичным бинтом мою голову.
— Чад, — с дикими глазами он сказал мне. — Он забрал Чада.
Я мельком увидела свежий след укуса на шее перед тем, как он захлопнул багажник.
Глава 11
Должно быть, прошло не менее пятнадцати минут, прежде чем эффекты смягчились, и я снова пришла в себя. Первый вывод, к которому я пришла, состоял в том, что он ударил меня электрошокером и это было не нормально. Ад не тот образ. Боль и дрожь, я забилась в вибрирующем багажнике и попыталась придумать какой-то план.
Я не могла измениться, но смогу прежде, чем мы достигнем Спокана. А связана я была не достаточно сильно, чтобы сдержать койота. Машина была новой, и я могла видеть лапку, открывающую багажник. Так что я не была в ловушке.
Реализация сделала немало, чтобы остановить панику. Несмотря ни на что, я не должна столкнуться лицом к лицу с Блеквудом. Я расслабилась на полу багажника и попыталась выяснить, почему вампир хотел меня так сильно, что готов погубить своего адвоката, чтобы получить меня. Возможно, он не ценил Корбана — но у меня было ощущение, что их Союз был давним. Он пытается получить контроль над Тройным городом, а также Споканом? Забрать меня и держать в заложниках, чтобы заставить Волков действовать против Марсилии?
Это походило на правду… только если бы похищение состоялось еще вчера. Но войне оборотней и вампиров в Тройном городе наступил конец и поэтому сейчас мое похищение, с целью повлиять на Адама, было глупым решением. А глупый вампир не смог бы держать всех подальше от своего города. Был маленький шанс, что он еще не был в курсе произошедших событий. Если был шанс, что означало, что я не могла отклонить теорию напрямую. К тому же Марсилия лишилась трех сильнейших вампиров. Если он хотел сместить ее, то теперь было самое время, чтобы напасть на нее. Мое похищение не было ударом — это было для удачного бегства, в случае поражения.
Особенно теперь, когда Марсилией было объявлено перемирие с волками. Похищение меня, на сколько я могла судить, не сделает ничего, кроме как отправит Адама к Марсилии с предложением альянса.
Понимаете? Он поступил глупо, похищая меня, если его целью было захватить территорию Марсилии.
Блэквуд не мог быть настолько тупым, и я обнаружила, что, бесспорно, лежа в багажнике Корбана,
я была склонна думать, что мы ошиблись в отношении намерений Блеквуда.
Так чего же он хотел от меня?
Это может быть также просто, как гордость. Он потребовал меня в качестве пищи-возможно, как он требовал любого, кто пришел в дом Эмбер. Затем Стефан пришел и забрал меня у него.
Теории имеют преимущество, соответствуя принципу группы KISS — Keep It Simple, Stupid (Не усложняй, тупица).
Это означало, что Блэквуд не имеет ничего общего с призраком Чада. Предположим, это лишь немая удача в том, что я беспечно вошла в его охотничьи угодья, когда приехала к Эмбер искать Духа.
Вампиры высокомерны и территориальны. Это было не только возможно, но и вероятно, что выпив моей крови, он будет полагать, что я принадлежу ему. Если он был в достаточной степени собственником — а его поведение в городе говорит само за себя, что Блэквуд в высшей мере собственник — было вполне разумно, что он пошлет приспешника, который заберет меня.
Это было изящное, простое решение, и оно не зависило от моего бытия-ничего особенного. Эго, любит говорить Бран, мешает на пути к истине, чаще, чем что-либо другое.
Плохо было то, что это по-прежнему не совсем подходит.
Находясь в одиночестве в багажнике от нечего делать, у меня появилось время, чтобы проанализировать все это. С самого начала первая поездка к Эмбер не давала мне покоя. Поразмыслив, это показалось мне еще более неправильным.
Эмбер, с которой я плескалась на кухне, которая устраивала ужины для клиентов мужа, не станет так необдуманно и неловко сближаться со мной, ради помощи с призраком, потому что она прочитала о моем изнасиловании — изнасиловании почти незнакомки, в действительности, после всех этих лет — в газете.
Я не видела ее уже давно. Но, оглядываясь назад, была неловкость в ее поведении, которая была несвойственна той женщине, которой она была или той, которую она вырастила в себе. Это могла бы объяснить странная ситуация, но я подумала, более вероятно, что ее подослали.