Кроме того, что он предпочитал качество большим размерам, и уединенную жизнь красоте или порядку.
Стены, окружающие территорию, были старше самого дома, изготовлены из тесаных камней и выложены руками, без использования раствора. Ворота из кованого железа и богато украшены. Его дом был не таким и маленьким — он лишь с виду выглядел низкорослым. Несомненно, дом, был перестроен и громаден, и больше подходил для этой собственности, вот только не вампиру.
Корбан остановился перед дверью. — Беги, если можешь, — сказал он. — Это не правильно… не твоя проблема.
— Блеквуд сделал это моей проблемой, — сказала я ему. Я обошла его и толкнула дверь.
— Эй, милый, я дома, — объявила я своим лучшим голосом кинозвезд пятидесятых. Кайл, я чувствовала, одобрил бы голос, но не гардероб. В этой рубашке я ходила уже день-полтора, джинсы… я не могла вспомнить, сколько я уже носила эти джинсы. Не намного дольше, чем рубашку. В прихожей было пусто. Но не долго.
— Мерседес Томпсон, моя дорогая, — сказал вампир. — Добро пожаловать в мой дом, наконец. — Он взглянул на Корбана. — Ты услужил. Отдохни, мой дорогой гость.
Корбан колебался. — Чад?
Вампир смотрел на меня так, словно я была чем-то, что восхитило его… возможно, ему нужно что-то поесть. Корбан прервал его, и это заставило вспышку раздражения, промелькнуть по его лицу. — Разве ты не завершил миссию, которую я тебе дал? Какой вред может быть нанесен мальчику, если это так? Теперь иди отдыхать.
Я позволила всем мыслям о Корбане медленно уплыть от меня. Его судьба, судьба его сына … судьба Эмбер находилась вне моего контроля в данный момент. Я могла позволить себе сконцентрироваться лишь на здесь и сейчас.
Это было уловкой Брана, обучающего нас на нашей первой охоте. Не волноваться о том, что было или что будет — только сейчас. Не то, чтобы мог почувствовать человек, убив кролика, который никогда не делал ему ничего плохого. Что он убил его зубами и когтями, и съел его сырым, с наслаждением … В том числе и его человеческая сторона, предпочла бы не знать, что внутри у него мягкий и пушистый банни.
Так что я забыла о Банни, о том, какие результаты может принести этот вечер, и сосредоточилась на здесь и сейчас. Я сдержала панику, которая хотела остановить мое дыхание и мысль — здесь и сейчас.
Вампир бросил свой деловой костюм. Как и большинство вампиров, которые мне встречались, ему было более комфортно в одежде других эпох. Оборотни учатся идти в ногу со временем, поэтому они не падки на искушение жизни в прошлом.
Я могу разместить женскую моду последних ста лет, в пределах около десяти лет, и перед этим до самого близкого столетия. С мужской одеждой не так, особенно, когда это — не формальная одежда. Мушка кнопки на его хлопчатобумажных штанах сказала мне, что они появились прежде, чем застежки-молнии стали использоваться достаточно часто. Рубашка на нем была темно-коричневая с воротом, как у туники, который позволяет перетянуть ее через голову, поэтому на ней не было никаких кнопок.
Знайте свою добычу, говорил нам Бран. Наблюдайте.
— Джеймс Блэквуд, — сказала я. — Ты знаешь, когда Корбан познакомил нас, я не могла поверить своим ушам.
Он улыбнулся, довольный. — Я боюсь тебя. — Но затем он нахмурился. — Сейчас ты не испугалась.
Кролик, я крепко задумалась. И сделала ошибку, встретив его взгляд, как я поступила и с зайчиком давным давно — и так же с Ауриэль в последнюю ночь. Но ни Ауриэль, ни Банни не были вампиром.
Я
проснулась укрытая одеялом в двуспальной кровати, и как ни старалась, не могла увидеть дальше того момента, когда он посмотрел мне в глаза. Комната была главным образом темной, без намека на окна. Единственный свет шел от ночника, подключенного к розетке рядом с дверью. Я отбросила покрывало и увидела, что он снял с меня трусики. Вздрогнув, я упала на колени… вспоминая… вспоминая другие вещи.
— Тим мертв, — сказала я, и звук перешел в рычание, достойное Адама. И как только я услышала его — знала это факт, я поняла, что от меня не пахнет сексом, как это было с Эмбер. Однако, я почувствовала запах крови. Я протянула руку к шее и нашла первый след от укуса, второй, и третий, всего на сантиметр левее второго.
След Стефана зажил.
Я задрожала от облегчения, это было немногим хуже, чем трястись от гнева, это позволяло хоть немного скрыть страх. Зато облегчение и гнев, не позволили панике поглотить меня.
Дверь была заперта, и он ничего мне не оставил, чтобы выдолбить ее. Выключатель светильника работал, но он не показал мне ничего, что я не видела. Пластмассовое мусорное ведро, в котором были только мои джинсы и футболка. Был четвертак и письмо для Стефана в карманах моих штанов, но он взял пару винтов, которые я вывернула, пытаясь установить сцепление женщине на остановке для отдыха, на пути к дому Эмбер.