— Хорошо, что напомнил. Я еще с тобой за Вальку-шалаву не поквитался. Но это потом, а сначала ты должен успокоить весь этот дурдом…
— Дурдом? — задумчиво переспросил Ник, — надо будет подумать на эту тему, но потом. На ближайшее время у меня другие планы.
— Иди сам посмотри, что ты натворил!
Скрипач послушно вышел за порог и замер, разглядывая ту жуткую картину, которая предстала перед его глазами. В отличие от остальных, он прекрасно мог видеть бесплотных существ, наводнивших особняк Золото. Они были везде и веселились от души.
По коридорам бегали полураздетые люди с безумными лицами и кричали что-то на самых разных языках, в том числе и на мертвых. Слушая правильную латынь, которую исторгал из своего рта всклокоченный парень с лицом, измазанным землей и мелом, старательно засовывавший себе в штаны секатор, дьявол не смог сдержать улыбки.
— Вавилон! — сказал скрипач довольно. — Настоящий Вавилон! Жорик, этот паренек, похоже, решил сам себя оскопить. Ты, случайно, не знаешь, чем ему помешали собственные гениталии?
Бандит не смог больше терпеть этого издевательского тона и попытался схватить скрипача за горло, но замер, словно каменное изваяние, в неестественной позе и лишь отчаянно вращал глазами, не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой.
— Чем больше ты будешь дергаться, — холодным тоном объяснил дьявол, — тем меньше у тебя шансов сделать хотя бы самое простое движение. Поэтому ты лучше успокойся. Дыши глубже, говорят, что это помогает успокоиться.
— Что это, — растерянно забормотал Жорик, — гипноз?
— Ох, Жора, лучше бы ты себе не дипломы покупал, а мозгами где-нибудь разжился. Пересадку мозга пока еще нигде не делают, но ты бы мог быть первым, послужил бы науке — хоть какая-то польза была бы от тебя, — продолжал потешаться скрипач. — Подумай сам, как я мог загипнотизировать людей, которые меня ни разу не видели и не слышали, чудак ты необразованный?
— Так кто же ты такой? — теряя терпение, воскликнул несчастный хозяин особняка. — Как ты все это делаешь?!
— Я уже устал тебе объяснять, — зевнул дьявол, — скоро сам все поймешь, я добьюсь.
В глазах Георгия Андреевича впервые появился страх. Нет, не понимание, а всего лишь животный, необъяснимый страх. Он по-прежнему отказывался верить в то, что в его доме хозяйничает сам дьявол, но, как ни старался он найти объяснение всему происходящему, оно не находилось.
— Отпусти меня, — почти жалобно попросил он своего гостя.
— Ты успокоился? — равнодушно спросил скрипач. — Я не уверен, что тебя уже можно освобождать. Не люблю неожиданностей.
— Отпусти, кому сказал!
Мимо них с визгом пронеслась абсолютно голая девица — то ли горничная, то ли повариха. Дьявол успел оценить по достоинству ее ладную фигурку и заговорщицки улыбнулся парню с секатором. Тот проводил взглядом девушку, отбросил свой инструмент и изо всех сил рванул за ней.
— Ну вот, — довольно заметил Ник, — я спас твоего садовника от печальной участи евнуха. Слушай, — спохватился он, — а может, ты попробуешь, каково это, а? Жора, ведь однажды ты сотворил что-то подобное с одним парнем, помнишь? Ну, он еще после этого повесился в камере. Неужели ты все забыл?
И, не дожидаясь ответа своего хозяина, скрипач развернулся и пошел осматривать картину всех этих «стихийных бедствий». А посмотреть было на что! За каких-то час-полтора уютный и ухоженный особняк Золотого Жорика превратился в настоящий Сталинград — везде сломанная мебель, раскуроченные полы, и все это обильно залито неизвестно откуда взявшейся водой. И люди… Люди — это было самое интересное.
— Вот это, — обратился он к своей второй половине, — я и называю творческим подходом к делу. Никто не забыт, ничто не забыто, верно ведь?
— Да уж, — ответил его невидимый собеседник, — теперь я убедился, что ты свое дело знаешь, и это меня пугает почему-то.
— Не пугайся, Ник, пока я с тобой, тебе нечего бояться, — успокоил его дьявол. — Верь мне.
— Можно подумать, что у меня есть выбор, — грустно заметил Ник.
— Выбор есть всегда, и ты свой уже однажды сделал. Но знаешь, очень многие хотели бы оказаться на твоем месте. Ты даже не представляешь, сколько на свете людей мечтают о том, чтобы я обратил на них внимание! Для них что душу продать, что телом поделиться — не велика потеря, лишь бы я исполнил их мечты. Но не всем так везет. Вот ведь какая ерунда получается, когда выбор слишком велик, выясняется, что выбирать-то и нечего. Так что ты должен быть доволен своей участью.
— А как же быть с твоим заявлением, что каждый неправедный поступок — это договор с дьяволом? — попытался его подковырнуть Ник.