Комната погрузилась в тишину.
— Он остынет, — послышался тихий голос Германа. — Каждый из нас когда-то терял близкого человека.
Я протяжно вздохнула уставившись в пол, и сжала руку отца. В мире царствует несправедливость, пора к этому привыкнуть.
Пока главы кланов обсуждали, как правильнее всего объяснить Южной стае предательство одного из них, я тихонько выскользнула на улицу. Серый рассвет окрасил сонное небо, рассыпал на траву несчетное количество росинок, и наполнил воздух ароматом свежести, которая бывает только в такое время, где-то на грани ночи и утра.
Во дворе стояли два автомобиля, но Эдриана ни в одной из них не было. Я подумала, что он мог пойти прогуляться, и какое-то странное волнение отозвалось тревогой в груди. Испытала облегчение, когда заметила его в темно-синем Форде за углом дома. Согнувшись, чтобы меня не заметили в окна, перебежала к машине, дернула ручку и ввалилась в салон.
Он полулежал на откинутом сиденье, и, уставившись невидящим взглядом куда-то вперед, слушал тишину. Пока не пришла я.
Я аккуратно захлопнула дверцу, и с ногами забралась на сиденье. Положила ладонь поверх его руки, и легонько сжала пальцы.
— Как ты?
— Получше Кристофера, — ответил он и усмехнулся.
Я не знала, стоит ли его еще о чем-то спрашивать, и не зря ли я вообще пришла, но Эдриан вдруг заговорил сам.
— Мы дружили с самого детства, я, Крис, и Шерил. Мы всегда и везде были вместе, пока отец не пропал. После этого в отношениях между мной и моей сестрой что-то треснуло, и склеить это было уже невозможно. Мы с Шерил тогда жили под опекунством старейшины, пока не стали самостоятельными, и смогли обеспечить себя сами… Потом Крис и Шерил пробовали встречаться, когда нам стукнуло чуть более девятнадцати, не помню точно. Но не срослось. Они больше не хотели общаться друг с другом, и это окончательно разрушило нашу дружбу. Я чувствовал себя как между двух огней, и меня это невероятно злило. Я тогда и познакомил его с Элен, чтобы моя сестра чувствовала то же, что и я - чувство, которое ты понимаешь только тогда, когда до тебя доходит, наконец, что больше ничего и никогда не будет как прежде. Я бы назвал это чувством утраты. — Эдриан повернул голову, и окинул меня рассеянным взглядом. — И вот теперь я снова испытываю это чувство, и мне нужно принять то, что больше я никогда не увижу Кристофера и… тебя, Софи. Я догадываюсь, какое решение ты примешь, я, наверное, поступил бы так же. Я просто приму это, как и приму смерть друга, и все будет хорошо. Я забуду… я постараюсь забыть вас.
Он с силой сжал мои пальцы, резко притянул меня к себе и быстро поцеловал в губы. Я, ошеломленная его откровенностью, не знала как себя вести, и потому не оттолкнула его, ответила на поцелуй, который длился не дольше пары секунд.
— Я не хочу тебя потерять, Эдриан, я хоть тысячу раз могу это повторить! — Я всхлипнула и вытерла слезы о его футболку. — Может, есть какой-то способ это решить по-другому? Должно же быть хоть что-то!
— Нет, милая, к сожалению нет. Но я обещаю тебе, ты меня не потеряешь. Я всегда буду рядом, верь мне. Однажды, мы встретимся, и все будет по-другому. — Он гладил мои волосы и покачивался, словно убаюкивая меня, а сам прижимался ко мне, как в последний раз.
Внезапно начавшийся дождь забарабанил крупными каплями по стеклу, плотной стеной отрезая нас от остального мира.
Я потянулась к Эдриану и поцеловала его. Сначала осторожно, нежно, потом более страстно. Он отвечал мне и, не желая выпускать из объятий, рывком перетянул меня к себе на колени так, что мы оказались лицом к лицу.
Его руки сжали мою талию, прохладные ладони скользнули под футболку, и сжали грудь. Я тихо застонала и легонько прикусила его губу, отстранившись на мгновение, чтобы позволить ему снять с меня лишнюю одежду. Сейчас все казалось лишним и ненужным. Слишком долгое, томительное ожидание напрочь снесло мне крышу, а я и не думала ее возвращать.
— Ты уверена? — Хриплый голос мужчины послал по моему телу сотни мурашек, и вместо ответа я снова поцеловала его, расстегивая ремень на брюках.
Уверена ли я? Если это будет последнее, что между нами произойдет, то да, я уверена как никогда.
Его тяжелое дыхание, мои стоны и шум дождя слились воедино, взрывая во мне фейерверки. Он держал меня за талию, задавая темп, и осыпал мое тело обжигающе горячими поцелуями. Мне казалось, что я схожу с ума от невысказанных чувств, и я не желала прекращать это безумство. Ускорившись, Эдриан впился в мои губы и хрипло застонав, провел ладонями по моей обнаженной спине и упал на откинутое сиденье.