За этой первой стеной находится – на некотором расстоянии, мастерски обозначенном при помощи игры теней и света – вторая такая же стена или загородка. В ней видны уже шесть проемов; подсвечен лишь один из них – крайний слева. А далее – третья по счету, и, вероятно, последняя заградительная стена. В ней не столько видны, сколько уже угадываются еще большее количество проходов или проемов…
На плечо Логинову легка женская рука.
– Хорошенько запоминай, милый, – вполголоса сказала Юлия. – Запомни расположение всех переходов… это важно.
Дэн выделил нужный фрагмент и стал экспериментировать с масштабированием и цветовой гаммой. У него ушло каких пару минут на то, чтобы с уверенностью определить «подсвеченную» дверь в самой дальней – третьей по счету – стене. Это был второй с правой стороны проем.
– Юлия, могу я вас спросить? – повернув голову к девушке, шепотом произнес Логинов.
– Да, милый, спрашивай… Можешь, кстати, говорить громче: эти двое сейчас ничего не слышат, кроме звона в ушах.
Она усмехнулась, затем уточнила:
– Это звон монет, а не что-то иное.
– Что это за картина, Юлия? – полушепотом спросил Дэн. – Откуда она взялась?
– Хороший вопрос… – Помолчав некоторое время, она вновь заговорила. – Эту картину привезла Гала… в девичестве Елена Дьяконова.
– Русская жена Дали? И его муза?
– Это была довольно необычная женщина, – задумчиво сказала Юлия. – Она по другой части, по другому разряду. Хотя и ее, пожалуй, тоже можно назвать проводником. Откуда взялась эта картина?.. Гм…
– Да, хотелось бы знать.
– Гала привезла ее из Италии… в начале шестидесятых это было. Муза Дали, сопротивлявшаяся до последнего процессу увядания, в ту пору частенько вояжировала без своего «маленького» Сальвадора… Поговаривают – в сопровождении молодых мужчин. – Юлия усмехнулась какой-то своей мысли. – Но это не важно… Важно другое: именно Гала приобрела эту картину в одном небольшом итальянском городке – в Аквиле… После переименования – Л’Аквила.
– Он же – Aquila degli Abruzzi? Это тот городок в сотне с небольшим километров от Рима, что был разрушен весной две тысячи девятого сильным землетрясением?
Юлия вдруг чмокнула его в щеку. Затем, вытерев носовым платком следы губной помады, со смешком сказала:
– Это тебе награда за знания, Дэн!.. Умные парни – моя слабость.
Логинов, выждав некоторое время, – у него отчего-то кровь прилила к лицу – продолжил свои расспросы.
– У кого Гала приобрела это полотно?
– У одного местного молодого художника… Тот не стал уверять, что сюжет на картине – его собственная придумка. Он рассказал Гала, – когда та щедро, особенно по местным меркам, ему заплатила – что он срисовал эту композицию, когда подрабатывал подмастерьем во время реставрационных работ в каком-то древнем римском храме. Или же во дворце, от которого сохранились базилика и некоторые подземные помещения…
– А почему это полотно приписывают кисти Сальвадора Дали, если его нарисовал другой человек? Или я что-то неправильно понял?
– Дали, когда увидел эту привезенную его музой, менеджером, проводником и женой в одном лице картину, чуть с ума не сошел!..
Девушка вновь улыбнулась. И надо сказать, улыбка ей, как не раз за прошедшее с момента их формального знакомства время смог убедиться Логинов, очень, очень к лицу.
– У этого гениального – без кавычек – мастера… речь идет о Сальвадоре Дали, и без того было полно тараканов в голове. Когда Гала ему показала эту приобретенную, в сущности, за гроши у никому не известного итальянского художника картину, у ее партнера едва не помрачился рассудок! Дали часами смотрел на картину, пытаясь понять ее секреты… Если они там имеются, конечно.
– Ну, мы-то знаем, что кое-что там есть… А кем сделана надпись? Есть какая-нибудь мысль на этот счет?
– Рукой Сальвадора Дали.
– Ах вот оно что… Поэтому-то и возникла версия, что это полотно, разделенное кем-то…
– Сам Сальвадор его и разрезал на две части!..
– …принадлежит его кисти?
– Пусть теперь обладатели этих двух фрагментов бьются над решением данной загадки, – сказала Юлия, покосившись на впавших в транс богачей. – И пусть между собой решают, кто, кому и за сколько продаст принадлежащий ему фрагмент полотна…
Дэн сохранил на жестком диске лэптопа, а также на своей флешке изображение составленных им воедино фрагментов единого сюжета. Затем двое молодых людей, не попрощавшись с этими важными господами, выбрались из салона роскошного лимузина, доставившего их около часа назад сюда, в Третьяковский, от парадного гостиницы «Балчуг».