И совсем уж конкретно меня тряхнуло, когда обнаружилось, что мы находимся посреди бескрайней, заполненной багрово-красным песком пустыни, над которой медленно и величественно уходит на покой черно-фиолетовое солнце.
Глава 3
Первое время, будучи в шоке от увиденного, я сидела тихо, во все глаза изучая непривычный пейзаж за окном. Дорога была прямой как стрела, местами ее занесло песком, однако Таль не сбавляла скорость, а даже напротив — выжимала из форда все, что могла, словно и впрямь куда-то спешила. Картинка за окном тоже почти не менялась — все те же багровые барханы, подсвеченные заходящим солнцем, и изредка мелькающие вдоль трассы развалины, которые я опознала как руины придорожных кафе. Иногда на обочине мелькали грубо искореженные, частично оплавленные железки и наполовину занесенные песком горы мусора. Порой этот мусор валялся посреди дороги, и тогда машине приходилось вихлять, чтобы не проколоть покрышки.
Когда сам факт перемещения в иной мир кое-как уложился в моей взбаламученной голове, я рискнула наконец отцепиться от кресла и, наклонившись к Кину, шепотом у него спросила:
— Где мы?
— Судя по всему, один из красных миров, — так же шепотом отозвался мальчишка. — Я тут никогда не был, но очень уж атмосфера… специфическая.
— Это пустой мир, — неожиданно подал голос сидящий впереди Рэйв. — В том смысле, что людей здесь нет.
— Но раньше все-таки были? — встрепенулась я.
— Кто-то точно был. Не исключено, что эту цивилизацию построили люди. А может, разумные прямоходячие крысы. Или двуногие ящеры. Выяснять это мы не станем.
— Что с ними произошло?
— Как обычно: техногенная катастрофа, ядерная война, выбравшийся на волю смертельный вирус… у каждого мира свой сценарий гибели. Они потому и называются красными, что когда-то утопали в крови.
Я немного помолчала.
— У него есть название?
— Наверное, есть, — равнодушно откликнулся мужчина. — Мне оно неизвестно.
— Почему тогда ты уверен, что здесь никого не осталось?
— Ну почему никого… тараканы наверняка остались. Я говорил только о разумных расах — если мир действительно красный, то здесь их точно нет.
Я поежилась.
— А нам, случайно, не нужно опасаться радиации?
— Нет, — не оборачиваясь, хмыкнул Рэйв. — В миры, где можно погибнуть от инфекции или повышенного радиационного фона, мы точно не попадем. А вот на зверье или одичалых потомков местных жителей нарваться можем.
— Так мы поэтому так быстро едем? — сообразила я.
Таль тихонько фыркнула.
— До темноты нужно найти укрытие, но тут, как назло, все просматривается до самого горизонта. Дорога пока нормальная. Бензина хватит еще километров на триста, плюс сорок литров мы залили в канистры, но все равно лучше определиться с ночлегом поскорее.
— А почему вы взяли машину? — вдруг обеспокоилась я. — Откуда вы вообще знали, что тут будет дорога? А если бы нас занесло в лес, а не в пустыню? Или выбросило в море?
— В том месте, где миры совмещаются, они наиболее похожи по структуре, — не оборачиваясь, бросила девица. — Это значит, что, выйдя из города, мы и оказались бы в городе, даже если здесь он полностью разрушен. Но мы выбрали шоссе, так гораздо удобнее. И пока нам везет — дорожное полотно не сильно повреждено. Так что какое-то время мы сможем путешествовать быстро и даже с комфортом. До тех пор, пока шоссе не закончится, или пока нам не помешают.
Внезапно налетевший из пустыни ветер поднял над дорогой целую тучу пыли, так что машина резко сбросила скорость, и дальше мы поехали буквально на ощупь. Видимость стала совсем плохой. Небо стремительно потемнело. В лобовое стекло стали настойчиво тереться поднятые с земли песчинки, еще больше ухудшая обзор. А когда вокруг нас закружился целый багровый смерч, Таль сбросила скорость почти до нуля и сердито поморщилась.
— Ну вот, накликали. Только бури не хватало.
— Смотри, развилка, — вдруг встрепенулся Кин, ткнув пальцем куда-то вправо. — А там какие-то строения.