— Ну что? — спросил он. — То оно или не то?
Рональд Мак-Атлистер вернулся в земной мир и слегка пожал плечами.
— Я возьму прибор...
— Не бери прибора, — посоветовал ему Шишел. — И резких движений не делай. А то будешь лежать как огурчик нежинский. Я тебе и без прибора скажу — самое оно то! Столько с ним тоски натерпелся, и чтоб не то — шутишь... И еще скажу — если мы сейчас обо всем без дури договоримся — каждый свой интерес на все сто справит... Мне этот камушек, как сто лет на торчке сидеть, не нужен. А тебе — нужен. По всему видно — нужен! Ну так как нам не разойтись по-хорошему?
— По-хорошему... — Профессор наклонил голову набок. — Если это действительно Скрижаль Дурной Вести, а не квалифицированная подделка, то, чтобы избавиться от нее вам придется выполнить некие условия... И не знаю, будет ли это называться «по-хорошему»...
— Ты не сомневайся — условие хошь какое выполню, — торопливо заверил профессора Шишел. — Ты хоть мне растолкуй — хрена эта чертовина мне покоя не дает, хрена мучает так, что аж глаза на лоб лезут?!
— Не торопитесь соглашаться насчет условий... — Профессор облизнул пересохшие губы. — Все предыдущие случаи такого рода были весьма... трагичны. Условие освобождения, как правило, бывает страшным... Вы говорите, он мучает вас? Вы что — испытываете боли?
— Кабы боли были — к врачу бы пошел... Тут — не боль, а одурь ужасная. И страх — страх такой, что тоска берет смертная... Голова эта, мертвая, отрезанная... И глюки... От такого и ангел со страху усерется, а не то что наш брат медвежатник...
— Вы — охотник на медведей? — не разобравшись, спросил профессор, не сведущий в древнекриминальной терминологии.
— Ага. Точно — на медведей. — Шишел даже чуть развеселился. — Которые о четырех лапах и с замком в пупке... И это... Одним словом, Черт ко мне приходит...
— Черт? — с интересом спросил профессор.
— Ну, Дьявол, Сатана... Или не знаю кто уж... — Шишел сделал неопределенный жест. — И все чего-то просит... А чего, не говорит. Мол, сам догадайся. Я уж и голову всю свернул, а так до конца и не понял...
— Не волнуйтесь... — вяло улыбнулся Лысый Крокодил. — Это — не Дьявол...
— И то слава богу. А то ж ведь такого мне понаплела девка эта черномазая... — Шишел тыльной стороной ладони утер бисеринки пота, выступившие на лбу.
— Вы, вообще, имеете дело не с нечистой силой, — пояснил генерал-академик. — Вы имеете дело с самим собой...
— Слушай, друг — ты прям как тот заговорил... — Шаленый скривился как от хины. — Как черт этот — мол, сам себя пойми и потом поди туда, сам пойми куда, и принеси того, хрен знает чего...
— У Камня нет никакого другого инструмента для активного воздействия на Вселенную, кроме Избранника. Вы думаете, что снять Кольцо с пальца вам мешает нечистая сила? Вовсе нет: вы сами не можете заставить себя сделать это. И никому другому не позволите это совершить. Физически Камень не препятствует тому, чтобы Кольцо было снято. Препятствие — в вашей психике, измененной контактом с Камнем. Точно так же Камень не знает заранее, какое именно воздействие должны вы оказать на окружающее, чтобы изменить информационный баланс мира в нужном направлении. Вы сами или с помощью других людей должны определить это. К счастью, вы не первый, кому приходится решать такие головоломки...
— Ты мне давай говори, что-от-меня-надобно... — попросил Шишел, стараясь говорить с высокоученым мужем, как с больным, — максимально доходчиво. — Делать-то чего? Условие свое давай...
— Начнем с того, что чисто теоретически условия этого я не могу знать... Его должен осознать тот, кто надел Перстень...
Кольт уперся в пупок профессору, а сам он, сграбастанный за грудки левой рукой Шишела, повис в нескольких сантиметрах от сиденья.
— Так какого же?! Вы что — сговорились?
— Я могу только помочь понять, что же вам надо предпринять, чтобы мы с вами могли разойтись... — довольно спокойно пояснил профессор — Кстати, бога ради, уберите вашу «пушку». Камень достаточно хорошо защищает вас... Первое, что вы должны знать о нем, — это то, что эта штука направленно оценивает и, может быть, даже изменяет вероятность...
— Какую такую вероятность? — настороженно спросил Шаленый, опуская профессора на место и благоразумно возвращая кольт в наплечную кобуру.
— Вероятность того или иного исхода случайных процессов... Ну а это означает — практически всех. В этом, собственно, и состоит способ его действия... Этот Камень вовсе не камень... Это имеющий вид кристалла пункт взаимодействия вероятностных и информационных процессов Вселенной.
— Темно говоришь... Я-то тут при чем?
— Вы просто оказались самым удобным для взаимодействия с Камнем субъектом. Он умеет выбирать, — профессор криво улыбнулся. — Раз Камень выбрал вас — можете заключать пари на то, что с вами ничего не случится.
— А за хреном тогда было в окна снайперов ставить? — раздраженно осведомился Шаленый.
— Примите во внимание то, что они могли всего-навсего парализовать вас, но никак не убить. И потом — вы же сами видите, что из этого ничего не вышло...
— Ладно, — отрубил Шишел. — Мои условия: ты мне говоришь, как головоломку эту распутать и как правильный Камень от фальшивого отличить. Я — дело делаю... Предназначенье исполняю и Камушек Чертов тебе с рук на руки передаю... В обмен на чистую ксиву и билет до Метрополии, «люксом». На том друг о друге забываем.
— Условия не столь уж глупые. — Лысый Крокодил задумчиво пошевелил челюстями. — Камень идентифицируется очень просто. Он видоизменяет падающее на него излучение. Есть и приборы, которые эти изменения регистрируют... Они изготовлены в моей лаборатории. Кстати, за последние сутки у меня их запросили сразу несколько разных... э-э... лиц. Вы не знаете с чего бы это?
Шишел оставил сей вопрос без ответа.
— Значит, если этот Камушек вставить в прибор ваш... — начал он скорее утвердительно, нежели вопросительно.
— Вставлять не надо, — снисходительно усмехнулся Мак-Аллистер. — Приборы изготовляли не для опознания подделок, а для поисков Камня. Они регистрируют его присутствие на расстоянии до восьмидесяти примерно метров...
— Так... — подумав, сказал Шишел. — Значит, если стоите вы этак вот с прибором вашим, а где-то неподалеку Камушек валяется, так прибор и засигналит?
— Вы правильно уловили мысль, — подтвердил профессор.