И только редкие всплески легких залпов огненных пушек или свист стрел говорили о том, с чем здесь сражаются. Однако эти залпы больше не освещали поле, как когда-то, а, напротив, сгущали все мрак и тени вокруг, превращая обстановку в нечто кошмарное и зловещее. Под вечерние крики муэдзинов, пронизывающие воздух глубокой печалью, и траурное пение мечей и копий, это поле стало напоминать изрытый окопами ландшафт, усеянный трупами, брошенными как безжизненные куклы, и замерзший ад, где одна тишина и холод царили, словно оспаривая право на существование.
Людей здесь уже не было, ни следа от теплых тел, ни звуков человеческой жизни; вместо этого остались лишь тени – густые, вытянутые, безмолвные, отражающие боль и страдания, которые они когда-то испытывали. Тени и звуки, сливаясь воедино, образовывали невероятный хор, который эхом раздавался в молчании, оставляя лишь горькое ощущение утраты и неизбежной тьмы. Каждое колебание воздуха становилось обременительным, несущим на себе налет скорби, и печали от утраты. С каждым новым криком, рождённым на этом полигоне страха, казалось, сама земля сотрясалась от тоски, готовясь поглотить очередные жертвы наконец безжалостной судьбы.
Люди неустанно демонстрировали свои умения и способности, стремясь одержать верх. Они владели силой и мастерством, способными нанести гибель и разрушение, но также пригодившиеся для защиты и освобождения. В этом беспощадном мире войны, где нечеловеческая мощь присутствовала повсюду, люди находили способы противостоять своим врагам, сохраняя при этом свои жизни. Сражения напоминали о неустанной схватке за выживание и бесконечной борьбе между светом и тьмой.
С оглушительным и сокрушительным ударом величественный дворец, еще мгновение назад внушавший ощущение абсолютной незыблемости, превратился в жертву разрушительных катаклизмов. Каменные обломки и хаотическая стихия обрушились на некогда мощную крепость, заставляя ее трескаться, крошиться и уходить в небытие. Монументальные колонны, некогда являвшиеся символом прочности и защиты, пали под натиском, распавшись на обломки. Их груды беспощадно погребли под собой сотни смелых воинов.
Момент, который навсегда запомнится всем, кто был на поле боя, пришёл так же неожиданно, как удар молнии в ясный день. Когда-то величественный дворец с его красивыми башнями, устремлёнными в небо, вдруг пал жертвой судьбы. Верхние этажи здания, с роскошными шпилями и украшениями, в одно мгновение рухнули под давлением извне. Это произошло с ужасным гулом, когда бурная вода поглощала всё на своём пути, смешивая камни, пыль и остатки дворца в хаосе. Глубокая яма постепенно заполнилась частями некогда великолепного здания, образуя груды руин. Эти тяжёлые камни, изуродованные и разрушенные, стали последним пристанищем для частей прекрасного сооружения, которое когда-то было гордостью этого мира.
Глава 1
На улице был мрачный и дождливый сентябрь. Холодный ветер сильно тряс деревья, заставляя их наклоняться почти до земли. Среди этих деревьев стоял красивый особняк, который привлекал внимание своей величественностью. Его высокая крыша была покрыта темной бордовой черепицей, а стены сияли белым камнем, который даже под серым небом выглядел очень чисто. В одном из верхних окон, немного затененном от дождя, пробивался слабый свет, который как будто оживлял холодную осеннюю атмосферу. Можно было подумать, что это свет от лампы, но он скорее напоминал тусклый свет рассвета, без тепла и уюта.
Впрочем, никаких иных признаков освещения особняк не выдавал. Покой фасада охраняли два массивных мраморных тигра, которые неподвижно лежали у самого входа. Их мощные каменные силуэты внушали невольное уважение и создавали иллюзию того, будто они сторожат что-то невероятно ценное и важное. Ведущую к особняку арку дополняла изящная клумба с яркими цветами, которые еще сопротивлялись пронизывающему холоду осени. Чуть дальше от крыльца возвышался большой мраморный фонтан – истинное украшение этого места. По его гладкому белому дну танцевали тонкие потоки воды, создавая впечатление, словно фонтан наполнен растаявшим снегом с высоких гор. Водный блеск добавлял окружающей атмосфере почти призрачного спокойствия – союза непрестанного движения и неподвижного великолепия.
Холодный свет, который мерцал в окне, вдруг исчез, как будто растворился в сильном дожде. Но через мгновение он снова появился, уже на втором этаже, как будто поднялся выше вместе с ветром. Дождь продолжал стучать по крышам, ливнями стекая на землю и поливая яркие цветы, которые росли по всему двору. Казалось, что их поливают из садового шланга, хотя ветер иногда лениво сдувал с их лепестков тяжелые капли воды, наклонившие распустившиеся бутоны.